Прощение

Мама была такая красивая, голубоглазая, с длинной русой косой и теплыми руками. Мне нравилось, что родители часто целовались, никогда не ссорились, – она помолчала, но справилась с собой. – Потом что-то случилось.... Я до сих пор точно не знаю, что именно, какая-то авария, отец очень сильно пострадал, долго лежал в больнице, мама ездила к нему часто, я оставалась с соседкой. У родителей не было родных, они приехали по распределению с Алтая, и про родственников я ничего не знаю. Потом папа вернулся домой, и счастливая жизнь кончилась… У него были постоянные боли.

Я же не понимала ничего, маленькая была,  постоянно ластилась к нему, он раздражался, сердился, однажды даже отшвырнул меня, как котенка. Больше я не подходила к нему, недоумевала, почему он так изменился. Он пил много лекарств, но ничего не помогало. Потом кто-то надоумил его, что спиртное помогает лучше. Так начался его путь вниз. Пил он много, каждый день, но пенсии и зарплаты мамы, по-видимому, не хватало. Поэтому он стал делать водку сам. Наш дом превратился в самогоноварильню. Процесс был практически бесконечным, он гнал самогон и тут же пил. Везде стояли фляги, кастрюли с бражкой разной степени зрелости. Вокруг дома стоял постоянный запах самогона, мы все провоняли этим запахом. В школе я так стыдилась отца, поэтому сторонилась всех, домой никогда никого не звала, да никто и не стремился, все знали о нашей жизни, это же деревня. Интересно, что и отец никогда ни с кем не общался, собутыльников у него не было, всегда пил один. Даже если кто-то вдруг захотел бы пообщаться с ним, выпить, то вряд ли бы у него это получилось. Пьяный, отец становился злобным, жестоким, практически сразу стал избивать маму, она постоянно ходила с синяками, но прощала его, жалея. Несколько раз приходил участковый, журил его, тот кивал головой, соглашаясь, неискренно раскаиваясь. Успокоенный, милиционер уходил, но после этого становилось еще хуже. Отец считал, что это мама его "предала" и бил ещё хлеще. Периодически он разговаривал с бутылкой, угрожая, по-видимому, своим бывшим работодателям: "Вот вы где у меня, голубчики,– сжимал он кулак,– стоит мне раскрыть рот, и все пойдете на нары, сволочи!" Он злобно смеялся и стучал по столу. Однажды я случайно разбила бутылку, после этого он впервые избил меня. Мама с трудом вырвала меня, всю в крови, из рук "любящего" родителя. Впервые она подняла голос на него, стыдя за такое. За это тоже получила, да так, что пришлось лечиться в больнице.