Реликварий ветров. Избранная лирика

За окном среди дня так ведёт, не заботясь,

четверых за плечами высокими,

под аркадой сплочённых столетий,

крылобровый Алексис Раннит,

раздвигая немолчным безгранием Балтики

путь, мощённый ему янтарями.

И окно процветает молчаньем.

5. VI.1980. Нов. Гавань

Утра

В галерее тополиной – утра, что отбыли ветром.

Звонкий луч просвечивает веки. Те ли —

склонов уральских, с иконной ладонью, что ткани —

сеть золотую далей – вдруг потянула рассвета? Те ли,

выспанные ангельски над озёрной сталью белорусской?

Те ль – с не солнцем петербургским, в молоке и в

перламутре, где завис в нас – через души —

прожитой не сон, не город, упираясь в теми хлябей

фонарей кометными столбами?

Крепость – чайка – нежность – пропасть —

лодка Господа без вёсел.

То ль – растрелльевых ступеней, у дверей слепой каморки,

где каштановые взоры над подпухшими устами —

теми, которые, помню, не последними выплывут в смерти?

И когда я не проснулся – то ли утро, то ли

утро?

Те ли – в пыли оренбургской,

что катается под кожей, или – с елями и паром, а под веком

с парусами, на больном снегу германском?

Утра

(мы цветов – слабее), ущерблявшие на годы

из беспомощных объятий барабаном разлучений.

дважды

ворочался (а туманы гнули спину) к сизовекой,

к лучеокой – окликавшей мне лишь внятно… Да и

то моё – без ночи, беломайское, сплошное,

в кровь изранившее ноги

под растраченной, набатной, разбескрайней

головою.

и как долгий нож – дороги.

И тогда —

московское не утро и не свет. Неверное

такое. И тогда —

отвесившее небом молодость и родину мою.

12. VIII.1980. Нов. Гавань

Элегия каждого дня

Так провожу в завалы ваших улиц

гирлянды слюбленных домов с усталыми

дворцами, суровой нитью смётанных, как души,

отлившие из них. Нагие толпы верных статуй —

от сахара надколотых колонн, с позеленелых кровель, из

погостов праздных, ниш и парадизов вдовствующих парков

так провожу.

И волоку шелка мышиные дождей, дождей,

ночей сквозных воздутые полотна и аллегорьями

расписанную завесь, чья тяжесть – мир,

который про меня.

Мятежной карой наводненья

так крою катящую нежить на мостовых, по сизым

тротуарам —

ряды менял и юрких фарисеев. Крылом волны я грудь

поутру

свежу – пустую – так.