Канны для ванны

Они типа красоток предлагали, а я старушку выбрал. Решили, что я извращенец. Но для кино-то чем необычнее, тем интереснее.

Подошел я к старушке.

– Здрасте, – говорю, – мы тут кино снимаем, не хотите поучаствовать?

А она как завизжит:

– Уйди, оглоед! Ты мне всех голубей распугаешь!

Те и правда щеманулись кто куда. Но больше от ее крика, чем от моего появления.

– Извините, – говорю. Я прямо сама вежливость, – так что насчет съемок? Поможете нам?

– Я, – говорит, – щас вам так помогу, оглоеды чертовы! Щас палку возьму и по голове вам всажу!

И головой замахала так, что берет слетел и прямиком в лужу.

– Ну че, выбрал? – ликовал Новиков. – Предлагали тебе девчонок нормальных, нет, он двинутую какую-то захотел.

– Ну ошибся. С кем не бывает. Старухи, они все двинутые. Я же не знал, что эта настолько.

– Может, в дурку позвонить? – предложил Марк. – Пусть полечат ее.

– Да такую лечить бесполезно, – Саня оглянулся назад. Старуха размахивала намокшим беретом и бросала нам вслед какие-то проклятия.

– Ты заснял че-нибудь?

– Угу. Немного. Надо стереть ее на фиг.

– Да не, оставь, может, вставим потом куда-нибудь.

Следующие два часа прошли не лучшим образом. Мы подходили к дворникам, к теткам, раздающим листовки, к продавщицам, официанткам, просто прохожим, но никто с нами не хотел разговаривать. Я даже отправлял Новикова подальше от нас с его кастрюлей, которая у всех вызывала подозрения, но никто по-прежнему не хотел с нами общаться.

– Че за фигня? – возмущался я. – Мы же тарелочку разбили?

– Разбили, – подтвердил Марк.

– А че нам так не прет?

– Хэзэ.

– Надо было просто девчонок тех заснять. Или Снежану, – сказал Саня, ставя кастрюлю на лавку.

– Запарил ты со своими девками. Заведи себе подружку.

– Это же не такса. Ее просто так не заведешь, – вздохнул Новиков.

– Ага, – согласился с ним Марк. – А че мы с кастинга никого не снимем? Там же целая куча народу была.

– Эта куча народу начнет кривляться и наигрывать на камеру.

– Ну да, – заворчал Новиков, – ты же прогрессивный режиссер. Все тебе выпендриться надо.

– Молодые люди, – раздалось откуда-то из-за спины.

Мы обернулись. Перед нами стоял тучный мужик и держался за сердце.

– Молодые люди, – повторил он, – мне бы водички купить, боюсь, сердце прихватит, и я прямо на дорогу грохнусь.

– И? – спросил Саня.

– А я деньги дома забыл.