Теория невероятности

– Звоните в психиатрическую больницу, ваш вопрос не в нашей компетенции – нет состава преступления, – последовал ответ.

– Пока они приедут, он меня зарежет! – кричала обманщица в трубку, подражая голосу раненого бегемота. Чтобы услышать вопль раненного бегемота, не обязательно ехать в Африку. Можно попросить Брынину тёшу, и если она будет в настроении, то исполнит просьбу за небольшую мзду. Любит тётя денежку.

– Вот, когда зарежет – тогда и звоните! – выкрикнул тёщин оппонент и окончил разговор.

Люсина мама послала в пространство много противно скрипящих слов, отчего воздух в квартире прокис.

Супруги, стоя в прихожей, слышали, конечно же, только слова тёщи-мамы и осведомились, что желаемый результат не достигнут.

Лёша храбро прошёл в столовую и вежливо попросил жену принести ему чашку горячего чая. Люся так разволновалась от ворвавшейся в дом нервозности, что, не оспаривая требования, отправилась на кухню выполнять просьбу мужа.

В рядом расположенном лесу в это время сдохла кукушка.

У егеря того же леса выстрелило незаряженное ружье, стоящее в углу чулана, и ожидающее, когда же хозяин разбогатеет на покупку патронов.

…В столовую влетела расфуфыренная от неудачного разговора тёща и задребезжала в ярости такими звуками, что слов было не разобрать, но эмоций было вполне достаточно, чтобы понять, что мать жены чем-то сильно не довольна.

Упреждая дальнейшие катаклизмы в природе и в квартире, Алексей резко вскочил на стул и назидательно поднял указательный палец вверх, к потолку (в его понимании к небу).

Свет в квартире погас, а следом ослепительно включился, и палец, а следом и пространство вокруг него осветилось небесно божественным светом, и тёща увидела, как священный нимб взошел над головой зятя. Она в ужасе повалилась на колени и три раза в поклоне боднула пол головой.

– Мама! Он тебя ударил? – запричитала своим вопросом вошедшая дочь (чашку чая для мужа она приготовила, но забыла на кухне). – Я его сейчас загрызу, как волк лошадь, – и оскалилась так, клацнув челюстями, что будь в комнате лошадь, понеслась бы она, спятив от страха, без оглядки.

– Ох, – только и смогла промолвить тёща, стоя на коленях, а следом, боднула пол челом три раза.

– Что с тобой, мама?!

– Глянь на мужа, – ответила мать, – на него божья благодать сошла, – и снова коснулась в поклоне челом пола.

Люся испугалась, подумав, что мать тронулась умом на почве нервного потрясения.