Жнец и слеза Смерти

– Чудовище жило тут, когда меня бросили сюда.

«Значит это не Калеб и не Фил» – облегченно подумала Кристина. Мария подвела ее к металлическим прутьям решетки.

– Жнец! – Кристина не знала, как обратиться к «чудищу», сидевшему в другой камере, – Не молчи. Я знаю, что ты там. Как твое имя?

Тишина…

– Не молчи! Прошу ответь!

– Зачем тебе оно, смертная? – прозвучал громкий, но безразличный, голос жнеца.

– Ой, зачем ты разговариваешь с чудищем, – Мария испугалась и спряталась за юбку Кристины, крепко сжав края.

– Не бойся, он нам не враг, – Кристина положила ладонь на мягкие волосы ребенка.

– Но и не друг, – вновь раздался голос жнеца.

Мария крепче прижалась к Кристине и шепотом попросила ее отойти от дверей, но Кристина успокоила ее и продолжила говорить со жнецом:

– Я хорошо знаю других жнецов Калеба и Филиппа, может ты их знаешь?

– Допустим, встречал, что с того, смертная?

– Я их друг.

Жнец засмеялся, так, что его гогот разнесся эхом по всей тюрьме. Кристину поведение жнеца зацепило:

– Я не сказала ничего смешного.

– Ты можешь считать себя кем угодно, смертная, но запомни и не обманывай саму себя – у жнецов нет друзей. Что ты хотела от меня?

– Калеб и Филипп они тут? – на этот раз Кристина не стала принимать слова жнеца близко к сердцу, лучше подобные уколы пропускать мимо себя, этот жнец ничего не знает о ней и Калебе.

– Я не видел, чтобы их сюда приводили. Думаешь, если их не поймали, они придут тебя спасать? Забудь про них.

– Какую участь? – Кристина нахмурила лоб.

– Посмотри на девчонку. Тоже сделают и с тобой высосут из тебя жизнь, отдав ее другому, а может тебе повезет меньше, и графиня будет использовать тебя, как подопытную крысу.

– Она меня не видит, – решила встрять в разговор малышка, выглянув из-за спины Кристины, жнец не придал никакого значения словам девочки.

– А что сделают с тобой? – продолжила расспрашивать Кристина.

– Со мной они уже много чего сделали. Я любимая игрушка доктора.

– Тут есть другие жнецы?

– Были…Где они теперь не знаю, не думаю, что их отпустили. Ты тоже тут не одна смертная. Только вчера сюда привели пятерых, не считая тебя.

Сверху заскрипела дверь, человек с деревянной ногой вернулся, его шаг стал тяжелым, кряхтение громче, словно он нес что-то тяжелое.