Простые вещи

– У тебя пробелы в памяти? Эмми Чайлд! Которая ещё постоянно чушь несёт и глупо хихикает.

– Ты же знаешь, что у меня с памятью, действительно, что-то не то в последнее время. Это та, которая снимает видео, да?

– Именно.

– А, чёрт. Я уже и забыл почти. Флаг ей в руки, – с каплей зависти ответил я.

Матвей предложил сходить до курилки и подымить. Довольно паршивая черта моего поколения – курение в столь раннем возрасте. Осуждаю, а сам курю – и такое бывает. В любом случае, предложение звучало чересчур заманчиво, отказа не последовало.

Местом для курения служила детская площадка одного из дворов, находившихся неподалёку от лицея. Здесь уже находилась немалая часть курильщиков нашего лицея. В их числе были и Саша с Лерой.

Также здесь находились Браумас и Драдемадов. Они что-то слишком эмоционально обсуждали. Как я понял, предметом их дискуссии оказался сегодняшний наряд Леры, который был довольно откровенным из-за глубокого декольте. Услышав это, она обернулась и недовольно показала им обоим средний палец.

Браумас нагло засмеялся, подошёл к Свиридовой ещё ближе и довольно грубо схватил её за талию. Мы с Матвеем быстро переглянулись и поняли, что это уже перебор и надо начинать действовать.

Лера занервничала и оттолкнула Глеба. Фадеев сделал первый шаг к её обидчику и с присущей ему харизмой обратился к нему.

– Эй, Браумас, по-моему, ты ошибся темой для обсуждения?

– А что? Хочешь, чтобы я вот так резко взял и сменил тему?

– Хочу, – уверенно ответил мой друг.

Глеб лишь перевёл свой выжигающий взгляд на Фадеева.

Скорее всего, он просто удивился, что его кто-то упрекает, ведь он, как и Драдемадов, чувствовал полную вседозволенность. Затем Браумас расхохотался, как ребёнок. Все тридцать два его ровных белых зуба выпятились наружу.

– Да, а в чём дело? Может быть, ты мне запретишь? Наверное, теперь мне даже нельзя смотреть на Свиридову. Верно? – как-то слишком просто ответил ему Глеб.

Образовалась небольшая пауза, сопровождающаяся молчанием.

– Ты стал слишком часто переступать черту вседозволенности, – ответил ему Матвей, пытаясь сохранять спокойствие и уверенность.

 – Слишком большой груз, чувствуешь?

– Да, он прав, – я не отличался красноречием, поэтому поддержал друга, как смог.

– Эй, а ты чего поддакиваешь? Вообще не лезь, – огрызнулся Глеб.

– Повторюсь: слишком большой груз. Перестань чувствовать себя хозяином ситуации, – заступился за меня Фадеев.

Больше всего я боялся, что дело дойдёт до драки.