Простые вещи

Вот чёрт! – Мы все тебя услышали!

Он лёгким движением поймал её, грациозно развернулся и накинулся на меня в надежде нанести первый удар по ногам, но я довольно ловко смог увернуться.

Пока Глеб приходил в себя от промаха, у меня было около двух секунд, чтобы придумать что-нибудь более толковое, чем пустые угрозы. К сожалению, я не справился и потерял слишком много драгоценного времени.

В своей новой атаке Глеб задел меня битой по руке, но это было совсем не существенно, так как я уже во второй раз проявил чудеса ловкости.

– Да не дёргайся ты! Я тебе сломаю какую-нибудь конечность и выкину тебя из моего дома! – с первичным проявлением агрессии от своих промахов вымолвил Глеб.

Вечно бегать в ограниченной территории от него было совсем глупо, поэтому нужно было как-то попытаться перейти в наступление.

В момент следующего удара я попытался схватить Браумаса за руку и каким-то невероятным образом выбить у него биту, но мой оппонент был готов к такому варианту развития событий, и врезал мне кулаком по лицу, а затем добавил с колена в живот.

Я потерял равновесие и неуклюже повалился на пол, прикрывая лицо руками. Отныне не существовало ничего вокруг, кроме одного сущего демона, который уже неспешно приближался к своей жертве.

Может быть, и это всё мне снится? Последовали довольные выкрики с бурной толпы, которая дождалась кульминации. К счастью, я не видел их мерзких лиц, мой взгляд был сосредоточен только на Глебе Браумасе, который уже сделал решающий замах для вынесения своего жестокого приговора.

###

Второй раз за день потерпеть унизительное фиаско было уже перебором. Кстати говоря, фиаско – одно из самых мерзких слов в мире, которое я постоянно употребляю после каждой неудачи, чтобы в дальнейшем сделать выводы и попытаться избежать ошибок.

Как же я надеялся, что сейчас открою глаза и окажусь у себя дома, обнаружив, что это был ещё один нелепый сон. Да, было бы здорово ещё суметь открыть глаза, ведь эта процедура оказалась не из лёгких. Но после нескольких безуспешных попыток я всё-таки добился своего.

Вряд ли, столь тёмная комната, смахивающая на чулан, была моим домом. На удивление, я смог быстро подняться и оценить своё состояние уже по-новому. Было паршиво, но не хуже, чем днём. Руки и ноги были целы, ни о каких крупных переломах не могли идти и речи. Правда, что-то неприятно кололось в правом боку. Это болели рёбра.

Я попытался узнать, сколько сейчас времени, но телефона в кармане не нащупал.