Дом на краю света

«Когда закончится игра и ветер станет горше меда…»

Когда закончится игра и ветер станет горше меда,

когда мы выглянем во двор – и станем старше до утра,

придет извечная пора – неторопливая погода

нам скажет медленно: пора! Пора, пора, мой друг, пора!

Мы будем медленно кружить в каком-то сумеречном вальсе,

мы будем медленно расти, – не как грибы, а как-то вбок,

и станем деревом листвы, сомкнем прозрачные запястья,

и словно белка по стволу – по побережью прыг да скок.

А если ветреный гусляр заметит нас в долине зыбкой,

у моря, где растет женьшень, у моря, где растет айва,

мы скажем: «Здравствуй, наша тень!», и одарим ее улыбкой,

и станем белой пустотой, как трын-трава, как трын-трава!

«Вечер близок, путь далек…»

Вечер близок, путь далек,

вдалеке за лесом

еле-еле уголек

тлеет под навесом.

Не видать вокруг людей,

звезд льняно мерцанье.

Только ржанье лошадей,

да коров мычанье.

Только черные поля,

звезды в небе синем…

Вот и вся моя земля,

вся моя Россия.

«Расшумелся ливневыми склонами…»

Расшумелся ливневыми склонами,

расшептался с ветром старый сад,

где в тени, под листьями зелеными

фонари заветные висят.

Где ручьев студеные излучины

огибают зарево колонн,

И ветвями черными закручены

вихри яблок, взятые в полон.

Вырастает сумрачное крошево

облаков, и сновидений горсть

прямо в синий сумрак неба брошена,

и по саду бродит поздний гость.

Заповедны круглые строения,

хрупких яблок сладок аромат,

и стоят по кругу привидения,

обходя задумавшийся сад…

Черемуховый сад

Облака плывут в черемуховый сад…

Что ты делал здесь, пятнадцать лет назад?

Где ты был? За это время где-то

стал чужим внимательный твой взгляд.

Что-то было здесь – давным-давно.

Что-то было… Теплое руно,

летних сказок желтый колокольчик.

Мед густеет. Так заведено.

Помню платье, белое, как снег,

помню дней неторопливый бег,

помню сон, в котором год за годом,

год за годом – не проходит век.

Первых встреч случайные мечты,

легок воздух, помыслы чисты.

Я не мог найти на свете этом

никого, прекраснее, чем ты.

Где же ты теперь, в какой стране?

Где надежды, жившие во мне?

Я оставил их, оставил где-то

в той, давно забытой стороне.

Стал пустым внимательный мой взгляд.

Я исчез – пятнадцать лет назад.