Эмпирика любви, Евангелие от…

Его не слышал я, но вот она…

Она как будто сразу испугалась

И начала отыскивать глазами

То, что услышала и поняла,

И я невольно начал вместе с ней

Отыскивать вокруг, что так смутило,

Обеспокоило ее лицо.

Кругом толпа играла карнавально,

И я не мог найти то, что искал,

Не мог понять, что тронуло ее

И что она пыталась отыскать.

И вдруг увидел в стороне мужчину,

В цилиндре, фраке, в шелковой накидке,

С холодными блестящими глазами

И тростью с набалдашником в руках.

Ужели он?.. Я быстро с удивленьем

Взглянул на девушку. Я знать хотел, спросить,

Сказать хотел – во сне сказать не просто, —

Смотрел в нее и взгляд ее искал.

Но не нашел. Она была со мной,

Еще со мной, но взгляд его искала

И неподвижно на него смотрела,

Не отрываясь, словно на судьбу.

Какая связь? Откуда? Почему?

Что тронуло ее? – подумал я.

И почему такое беспокойство

При взгляде на него?.. А он?.

Он тоже на нее смотрел в упор

Своим холодным, словно мертвым взглядом,

Затем неторопливо на меня

Взгляд перевел, какое-то мгновенье

Смотрел в глаза мне, словно изучал

И понимал, что с ней мы были вместе,

Затем отбросил трость и поднял прут —

Железный прут из хлама под ногами —

И этот прут, как длинный ржавый меч

Послал в меня…

Хотел вонзить, но я…

Я не успел понять его движенья,

Но все же увернулся. Прут скользнул мне

Вдоль ребер справа, сразу под рукой.

Я ухватил его, прижал к себе —

Ребристый стержень с грубыми краями.

Но тот мужчина продолжал уже

Тянуть его обратно на себя,

Все так же молча, неподвижным взглядом

В глаза мне глядя, потянул сильней,

Еще сильней. Его глаза сужались,

Рука крепчала, он как будто рос…

И вот тогда, так словно фехтовал я

Уже не раз, я сделал резкий выпад

И стержень, как клинок, вогнал в него.

Сквозь черный плащ, сквозь белую манишку

Вошел он удивительно легко

Ему под сердце, словно грудь его

Была не грудь, а лишь подушка с ватой, —

Чуть дрогнув только в тот момент, когда

Ткань прорывал своим тупым концом.

Мужчина прянул, сделал шаг назад

И начал на колени опускаться.

Я повернулся к девушке. Она,

Вся побледнев, смотрела на мужчину,

И вдруг безвольно стала оседать,

Как будто это ей пронзили сердце.