Чуть ниже поверхности

Но потом вдруг сбой: безумие разного рода, прозрение, запой, наркотики, сильные чувства – Бац! – и таблица Менделеева дала крен – ты оторван и выброшен.

На большой ринг, конечно, больше не сунусь, но домой дойду сам.

Но “мир” – абстракция, “миру” доверяют те, кто любит телевизор, любит моду, которая щупальцами проникает в сознание, начинает управлять чувствами, пытается выбраться в мир вокруг, но натыкается на серую неплодородную почву равнодушия, перемешанную с гранитной крошкой (как в детских песочницах на окраине города, вместо песка), и ей не за что зацепиться и прорасти.

Когда же массовость одинаковых чувств набирает вес, когда зашкаливает возмущение двух немолодых блондинок, столкнувшихся на улице в одинаковых платьях, и наровит вот-вот вырваться как пар из котла и воплотиться в особенностях оформления пространства жизни людей того или иного района, города, страны, то щупальцы вдруг обрубаются, как это не смешно, сами собою, и на смену им начинают ползти другие, новые щупальца, пришла новая мода, а старая прошла в “прошлом сезоне”.

Культура, искусство, ценности, а в конечном счете, человеческая способность чувствовать начинают дробиться на части мелкие, локальные, временные, сезонные – все по закону моды. Монета всё мельче и ценности в ней всё меньше, дробится всё, создавая суб-культурки, суб-эпошки, суб-поколеньица, которые давно перестали нести хоть какой-то смысл – всё перемололось в утренний кофе, ежедневные газеты, книжки и музыку, "надо как-то жить" – специально чтобы не заскучать в метро сегодня – не волнуйтесь! – завтра будут новые: распродажи вещей, идей, удовольствий, лиц, религий, вкусов – был бы спрос, а он всегда будет, сериал никогда не закончится.

Когда история закончилась, начинается бесконечный сериал.

В итоге, когда изредка посещаешь пространство, идешь по его улицам, дышешь его воздухом, говоришь на его языке, понимаешь – оно осталось почти нетронутым модой (и вряд ли это его плюс!), оно сложилось еще в прошлую или позапрошлую эпоху и медленно меняется и разрушается под влиянием куда более постоянных и скучных факторов: высокой влажности и ветра, нехватки витаминов и финансирования, системы и уровня оплаты труда, никуда не девающихся потребностей, объема китайской промышленности, и прочей повседневности…

И все буйство модных течений и стереотипов сменяющих друг друга на поверхности, в умах и истории остального мира почти не властно над "этим миром".