Хроники Транквила: Порабощение

Не хочу позорить тебя перед всеми общением со мной.

За углом они зашли в незапертую хибарку. Внутри был спёртый воздух и настойчивый запах чеснока.

– Пожалуйста, не считайте вашу компанию для меня позорной. Я не местный, и потому мне плевать на их мнение, они мне ничего не сделают.

– Так ты не отсюда? Чейный же ты тогда, милок? Где делают таких беляночек?

– Очень издалека. Даже дальше, чем вы представляете.

– Картрадский пёс что ли?

– Можно и так сказать. Но не так категорично.

– Так ты посол?

– Нет, но я почётный член посольства.

Посол сейчас на приёме, наверное, уже ужинает.

– Небось рядом с этой змеюкой Аделаидой!

– Кто это?

– Советница её. Чёрная вся с ног до головы постоянно, будто других цветов в одежде не знает. А кожа бледная-бледная, будто мертвячка! – затем она посмотрела в лицо своего собеседника, – ну, не белее тебя, конечно.

– Значит, вы считаете, что кто-то из нашей свиты погубит вашу королеву? Ирену Дол, если не ошибаюсь.

– Понимаешь, сынок, тут всё не так просто. Давай я тебе объясню. Раз сам вызвался, то выслушивай теперь ненормальную старуху.

– Я не считаю вас ненормальной.

– Ты слышал про королеву-ведьму? Которую в пустошь прогнали.

– Да, меня проинструктировали перед поездкой. Это больная страница вашей истории, и потому нам сказано стараться самим не поднимать эту тему.

– Вот. Бабка моей бабки, или кем она там мне является, не помню уже, была у неё при дворе, когда та ещё окончательно не сошла с ума, и она учила её своим премудростям.

Не всем, разумеется, она была очень честолюбивой, но некоторые секреты раскрывала. Сейчас уж не осталось почти ничего, но иногда случается так, что я подумаю о чём-то, а потом это случается!

– Как это?

– Ну, смотри. Это бывает по-разному. Порой взгляну в небо – и кажется мне, что облака какой-то формы не такой. И вижу их так только я. Похоже оно, допустим, на корову – значит, отелится скоро у соседки, я ей это рассказываю.

Они надо мной смеются, а потом сами молоко несут. «Держи, – говорят, – нашей предсказательнице. Вчера и правда родила!»

– И что вам сказали эти облака? – Морк уже пожалел, что согласился на беседу. Но прерывать разговор было бы некультурно, и потому он просто старался отсидеться, делая вид, что слушает.

– Нет, в этот раз всё сложнее было. Ко мне мать моя во сне явилась. Она умерла уже невесть когда, а вот всё помогает любимой дочери.