Хроники Транквила: Порабощение

Видимо, чтобы не делиться с другими тайнами обретения им бессмертия, он отрезал себе язык и с тех пор стал навечно немым. Быть может, это эгоизм – не делиться ни с кем тайной своей незабвенности, может, героизм, так как удар по всей цивилизации он принял только на свои плечи. Теперь уже никто не знает и не осуждает его, ведь он наша единственная надежда на изучение нынешних и изобретение будущих чудесных предметов. И даже если кому-то, во что совершенно объективно не верит никто, и сможет спроектировать какой-то артефакт, он никогда не сможет его использовать, так как тайна зарядки предметов энергией так же хранится лишь в его голове.

Когда мастеру Прискасу стало сложно осилить растущие аппетиты правящей верхушки и горожан, и их жажда до чудесных вещей вышла за границы его способностей, он попросил их основать Главный исследовательский отдел и другие отделы по всей стране. С тех пор у него появились подчинённые, а протекция над артефактами выросла в целое ведомство в Совете при Короне.

И нынешний советник, мистер Сиган, продолжает многовековую вахту своих предшественников.

Периодически, Инженер берёт к себе в ученики исключительных сборщиков и обучает их как своих собственных преемников. Возможно, он это делает, когда в панике чувствует слабость и приближающуюся смерть, может, просто от скуки, многие его действия сложно охарактеризовать как логичные. Но, эта служба некоторым оказала огромную честь – известно, как минимум, о четырёх подмастерьях, которые после обучения становились советниками по чудесным предметам».

– Такова она, – устало выдохнул Десимус, – история инженера Прискаса, последнего из Первых людей, живого бога на земле.

* * *

Во время разговора в воображении Адриана то и дело возникали образы и события. Он представлял, как выглядели Тёмные боги, как стремительно сбегали Первые люди от них, словно в живую наблюдал их расселение по новому миру, ставшему домом для их потомков.

Он рисовал в голове, как Прискас изобрёл какую-то машину, даровавшую ему бессмертие, в красках воображая картину отрезания языка, видел кровь, заполоняющую рот и вытекающую наружу по щекам вниз. Он мимолётно вспомнил убийцу прошлого Тайного советника.

– После твоего рассказа у меня возник вопрос…

– Всего один?

– Ну, их много, но все остальные, кроме одного, я могу задать и потом.