Канатоходец, или После постмодерна

Своё – в Ростове и в Уфе, ?

далась нам та Европа ли! –

как рыбки плаваем ? в ухе,

покуда нас не слопали!

Памяти Александра Галича

Был не в себе, теперь, отбой трубя,

не унесённый – принесённый ветром,

ушёл, что называется, в себя,

из экстра- стал типичным интровертом.

Окуклился, хотя не шелкопряд

и ценной нити из меня не скрутишь.

Но, чтобы не скрутил меня наряд,

в кармане прячу свой заветный кукиш.

Я у костра сижу на берегу,

но аккуратно – сам не возгораюсь,

другие в крик, я – цыц и ни гу-гу,

и в драку лезть ни с кем не собираюсь,

и из себя не выходить стараюсь,

но чувствую, что больше не могу!

Рыбалка

Может, я не готов пока

или просто клюю не так,

но срываюсь опять с крючка, ?

ты прости меня, мой рыбак.

Знаю я, ты пришёл за мной.

Принимая игру твою,

я прельститься хочу блесной,

но, как видно, не так клюю.

Ты прости, что опять в сачке

мелочь – корм для твоих котов.

Я б и рад висеть на крючке,

просто, видимо, не готов.

А в реке тишина и мрак,

над рекою – июльский зной.

Из-под груды речных коряг

я любуюсь твоей блесной.

Открытие

Величина случайная, бреду

среди стволов, древесных единиц,

в лесу, арифметическом ряду,

по выцветшей поверхности страниц.

Я заблудился, спутал все следы,

и формулы забыл, и потерял

ориентир, но в небе из слюды

бликует мой расчётный матерьял.

И я считаю звёзды и с трудом

тропинку, занесённую листвой,

нащупываю, чтоб вернуться в дом

по эху на дорожке цифрововой.

Я отыщу решенье, «горячо» ?

шепнёт мне кто-то в книжный мой загон ?

про лес и смысл творенья, а ещё

про звёзды и про нравственный закон.

Пускай они пока ещё чисты,

но формула топорщится в мозгу, ?

шуршат, шуршат опавшие листы, ?

я записать ответ на них смогу.

Невидимка

И поскольку я невидимка,

то в прямых и кривых зеркалах,

отражаясь, не отражаюсь, ?

в равной мере не при делах.

И поскольку тугой мошною

я похвастаться не могу,

прохожу насквозь, как нейтрино,

через всех, перед кем в долгу.

И поскольку мной позабыты

звуки, запахи, имена,

в том, что я и тебя не помню,

так и знай ? не твоя вина.

Слабым шорохом затихая

на границе небытия,

кто я ? слово? Скорее ? буква,

будто выдох последний ? Я.