Проект «О»

– Это прекрасно, но не кажется ли вам, профессор, – снова чинно зазвучала мерная речь Смелянского, – что, коль скоро вы пошли на подобные жертвы и связались со столь одиозными персонажами, то, может, не стоит размениваться по мелочам?

– Что вы имеете в виду?

– Предложите что-нибудь более практическое…

– Например?

– Вот тут уже говорили о санкциях…

– Простите, Александр Рудольфович, – тактично вмешался Чайкин, – сейчас следует говорить: временные финансовые трудности…

Смелянский только отмахнулся.

– Да как ни назовите… Так вот. Если действительно хотите затеять полезный проект, помогите вологодским фермерам – у них скотина голодает, кормов нет по причине сан… извините… временных трудностей. И, если бы вам удалось сделать так, чтобы бурёнки подолгу обходились без силоса, не снижая при этом показателей по надоям в регионе, фермеры, думаю, вам памятник бы воздвигли.

Кукушкин высокомерно хмыкнул, хитро полюбопытствовав:

– Уж не хотите ли вы, профессор, сказать, что знаете, как этого добиться?

– Знаю, – неожиданно спокойно ответил Александр Рудольфович.

– И как же?

– А вы скрестите корову с верблюдом.

В зале поднялся хохот, раздались выкрики «Оригинально!», «Стоит попробовать» и всё в таком духе. Валерий Степанович выдавил неловкую кривую улыбку.

– Ценю ваш искромётный юмор, господин академик, но хочу напомнить, что Китай давно обогнал нас по количеству генно-модифицированных продуктов и животных, создающих почву для целого ряда побочных проектов и, как следствие, гипотетических открытий.

– Меня как учёного, – начал академик, постепенно возвышая голос, – глубоко задевает факт профанации научной деятельности, которой вы собираетесь заниматься в стенах уважаемой организации на деньги какого-то проходимца с миллионами!

Тут поднялся невообразимый гул. Кукушкин поперхнулся воздухом и умолк. Уголки его губ обиженно устремились вниз, подобно слабой ветке ивы под грузом тяжёлого мокрого снега. Он стушевался, смахнул пот со лба на листки с докладом.

– Господа! Господа! – вмешался директор НИИ академик Сергей Павлович Седых – старый тучный добряк, что всё это время единолично заполнял собой президиум. Он давно симпатизировал Кукушкину как крупному учёному. Седых поднял в примирительном жесте руки.