БУМАЖНЫЙ СОЛДАТ

Деревья гнулись от порыва ветра.

Прошлёпала по луже тень подошв.

Авто сверкнуло фарой в стиле ретро.

Я шел домой от друга. Он давно

Искал со мною встречи. Мы сидели

В какой-то забегаловке и ели.

И непрерывно дождь хлестал в окно.

Рассказы о работе, о семье,

Как мы всё мерно двигаемся к цели,

Как в жизни всё легко, на самом деле.

А дело, в общем, двигалось к зиме.

Я зазевал. Протёр стекло окна

От испарений, – свернутой манжетой

И видел, как настигнутые жертвы,

Бушуя, дождь по тротуару гнал.

Прекрасно, что у друга хорошо

Дела идут. Я рад. Он добрый малый.

Мы выпили по чашечке ещё,

И время нас со стульев поднимало.

В прихожей колокольчик прошумел.

Он взял такси, я постоял немного.

И небо надо мною било током.

И я как будто вздрагивал в уме.

И. А.

Надеюсь ты жива, и все в порядке.

Я тоже выживал, но дольше вряд ли

я выживу. Один хожу по миру.

Я видел, как разрушили Пальмиру.

Как к родине утрачивались чувства.

Я мог бы прокричать, но отмолчусь я.

Молчу, и ты молчишь, и только эхо,

возникшее меж двух людей, потеха

для этих строк, как крохотная сдача,

или поэта жалкая удача.

Иначе говоря, находит нега

на человека, бросившего в небо

усталый взгляд, и наполняет жилы

сознание, что, хоть и врозь, но жили

мы друг за дружку, точно! друг за дружку,

делили это, пусть и не подушку,

но это, – тоже из концепций веры, —

одалживая слух у техносферы.

Ты там в Баку.

как дань тому, что было, берегу.

Но всё без сожаленья канет в лету —

и вся тоска, доступная поэту.

ГЛУБОКОЙ ОСЕНЬЮ

Если вновь упадут на асфальт снега,

Я умру. Убежит в пустоту строка.

Голубая покроется льдом река.

Я любил вот в такие вот дни пропасть

В переулках. Опавшие листья класть

Друг на дружку, как карты в родную масть.

Было лето, на солнце бугор песка,

Ты, босая, бросалась в него с бруска,

Рыжий локон бежал с твоего виска.

На качели ходили. Один лишь Бог

Знает, как это в сердце мое легло, —

Ты хороший, на мне бы жениться мог.

Все потеряно ныне. Остался дождь.

Я не знаю, как надо осилить дрожь,

Когда призраком ты за окном идёшь.

И готов приложиться стволом к виску.

Ускользает все это теперь из рук,

Будто жизнь ускользает, давя искру.

ИСПОВЕДЬ

Беда, щичок, – видал её во сне.

Лицо ее в жемчужной белизне

Мне снилось.