Заблуждение. Роман про школу. Том 2

Вообще, я могу точно предположить, что Компании после всей грусти января как раз таки и не хватало какого-нибудь радостного, знаменательного и запоминающегося события, которое позволило бы ей во всей дружеской общности возрадоваться. Да, возрадоваться вместе, всем огромным коллективом, дабы вспомнить теплоту и единство нашей дружбы и продолжить жить в очень сложный для всех нас период. Ничего не поделаешь: Кости сейчас нет в Компании, и, наверно, он продолжает находиться вне друзей, но наедине с собой, однако значит ли это, что мы должны проигнорировать возвращение в нашу команду столь известного на все Купчино человека, как Болт?! И с какой стати нам вспоминать о его хулиганской сущности и возмущении Карины? Нет, какие бы легенды о нем ни ходили и какие бы подозрения с ним бы ни связывались, – но Болт – это наш человек.

Отмечу, что с передачей информации проблем у нас вновь не возникло, – но ранее я уже описывал в своем повествовании этот примечательно-забавный механизм, поэтому пусть Читатель просто поверит в то, что еще в среду очень многие люди из нашего – и не только нашего – класса были наслышаны о новом явлении Болта в Компании.

«Новое явление» – это серьезно. Ибо сколько уже времени прошло с того сентябрьского дня, когда Болт устроил погром в кино!.. – для Компании это жутко много.

А теперь обо всем говорило лицо Сани.

«Да, просто другой человек! И так классно и внезапно!.. – просто ведь здорово! Что ж, троекратное „да!“ Болту!»

Трудно сказать, насколько это правильно, хотя, наверно, вполне оправдан тот факт, что из-за звонков Болта мы на какое-то время даже выкинули из головы проблемы Кости.

В четверг, кстати, мне довелось пообщаться с Лемеховым. И надо было видеть, как он сокрушался…

– Я вообще все неправильно понял, по ходу, – твердил Степан, явно сожалея.

– Это бывает, – заметил я. – Но не расстраивайся так. Ты же только предполагал, а подавляющее число предположений – это заведомая ложь. К тому же ты уже признал свою ошибку…

– Да, только это все слышали! Понимаешь? Весь актовый зал слышал мою …, – выругался он, – и мелкие, и седьмые классы. Придется как-то извиняться теперь.

Итак, это было в четверг, а в пятницу Болт дозвонился и до меня.