Журналист меняет профессию. Сборник рассказов

* * *

С двадцать шестого по двадцать восьмое апреля в Риге проходил первый Международный фестиваль сатиры и юмора, посвящённый восьмидесятилетию Аркадия Райкина, «Море смеха». По заданию редакции я прилетел в столицу Латвии искать новых авторов для нашего издания.

Я, наверное, единственный, кто честно просмотрел все номера отборочного этапа. Молодой был, глупый. Остальные журналисты гуляли по Риге, сидели в кафешках, пили в гостинице.

Фестиваль проходил в Доме офицеров. На дворе, напомню, тысяча девятьсот девяносто первый год – самый разгар перестройки.

Ведущий фестиваля Марк Дубовский шутил со сцены:

– Мы, латыши, не против президентского правления, но – президентского правления Буша!

Владимир Данилец и Владимир Моисеенко рассказывали, что «кролики – это не только ценный мех, но и три-четыре килограмма диетического, легкоусвояемого мяса».

Джигурда ревел на гитаре:

– Пере-пере-перестройка!

А за кулисами бегал начальник Дома офицеров: «Если вы не прекратите шутить о партии и правительстве, я выключу свет и звук!»

У меня был пропуск за кулисы.

– А сколько заплатите? – тут же спросил писатель.

– Согласно гонорарной сетке.

Шендерович поморщился:

– Ладно, я пришлю вам свои рассказы.

Не обманул. Прислал. Правда, до этого они уже были напечатаны в «Литературной газете».

На «Море смеха – 91» Шендерович занял третье место среди авторов-исполнителей, среди артистов победили Владимир Данилец и Владимир Моисеенко, а лучшим певцом стал Никита Джигурда.

С той поры прошло больше четверти века. Джигурда превратился во фрика, Шендерович «подвинулся» на теме борьбы с режимом, мечта латышей сбылась: у них иностранное правление. И только «кролики» Данилец и Моисеенко застряли в девяностых.

Через три месяца после поездки в Ригу я вновь оказался в Прибалтике. В столице Литвы мне предстояло провести половину дня и ночь.

Пошёл в полицию и заявил:

– Здравствуйте, я журналист из Сибири. Хочу написать о работе полиции в независимой Литве. Могу я поехать на дежурство с вашим полицейским нарядом?

И мне разрешили! В полицейском наряде было два человека: русский и литовец. Я уже не помню, где и по каким улочкам Вильнюса мы ездили.