Жизнь и смерть христианина

Они проклинали тот день, когда они решили поехать в Индию, потому что чувствовали себя прескверно в столь невыносимых и неестественных для себя условиях.

Мы сразу же напились воды, я лёг спать и совсем не знал, что происходило вокруг меня. Кажется, за стеной играло громко пианино, и кто-то старался исполнить русскую песню «Гори, гори, моя звезда».

Я сразу же отключился, так как был слишком утомлён. Сон пришёл сразу, и я лишь запомнил то, что продирался через что-то, будто, это была стена, но стены я не видел.

Затем стена эта была разрушена и там за гранью я различил человека в ветхих одеждах. У него были ясные голубые глаза, борода и длинные волосы, и он глядел на меня очень внимательно, будто, изучал.

А затем сон прервался, я был разбужен некоторой прохладой, ворвавшейся в мою комнату. Слуга открыл окно, я видел, как на ветру колебались занавески. Слуга поклонился мне и попросил прощение за столь внезапное вторжение в мои покои.

– Ваша мать, г-жа княгиня, попросила разбудить Вас, – произнёс слуга-индиец на английском.

Я поблагодарил его и вручил чаевые, он вновь поклонился и исчез.

Я посмотрел за окно. Во дворе сновал кучер – весёлый индиец в голубой чалме, который даже уже мог говорить по-русски немного.

Многие кучера владели несколькими языками – этому их обязывала их профессия.

Мадам Энн в своём ярко-малиновом сари, которое она надела специально для этой поездки, подошла к кучеру и перекинулась с ним несколькими словами на телугу. Да, вероятно, это был диалект «телугу» или «пали», или, быть может, ещё какой-нибудь диалект.

Я не знал ни одного диалекта, хотя уже был знаком с отдельными фразами на телугу. Доктор, который лечил меня, иногда разговаривал с пациентами, и они отвечали ему, благодарные тому, что англичанин потрудился усвоить их язык, и гордые этим.

Я отошёл от окна, умылся из кувшина, оставленного специально слугой. Я мог бы его позвать, чтобы он помог мне завершить мой туалет, но я не сделал этого.

Я думал о Рам-Дасе о его предсказании, о своём сне, о видении того человека в лохмотьях, который очень пристально смотрел на меня.

Раздался стук в дверь.

– Войдите.

Вошла мама, за ней – отец. Они с удивлением посмотрели на меня.

– Володя, ты ещё не готов? А мы уже собрались ехать к гробнице Св. Иссы.