Конечный итог

 – Три часа ночи!

– Хочешь домой? – спросил Юра.

– Нет, но… Думаю, мне пора.

– Жаль. Мне нравится с тобой лежать. И вообще проводить с тобой время. Жутко не хочется, чтобы наше общение подверглось деэскалации.

Если в этом мире и существовало слово, которое могло бы той ночью перевесить все мои хиленькие моральные принципы, то это было слово «деэскалация».

Юра поцеловал меня. С каждой секундой шансы снять с меня пижаму увеличивались, а моё желание рефлексировать уменьшалось. Хоп! – и на мне уже не оказалось штанов.

– «Private property», – шёпотом прочитал Юра, которого предупреждение о частной собственности только разгорячило. Оставалась последняя возможность задуматься, что же я делаю, не пожалею ли, хорошая ли это вообще идея, не стоило бы подождать ещё с два десятка свиданий, хотя это ведь было и не свидание, и тот ли он вообще человек, с которым можно совершать такой…

– Мне кажется, тебе нравится, – он горячо выдохнул мне куда—то в шею.

Я точно знала, что нужно сказать в этот сокровенный момент.

– Нет… Я просто подумала про Данилу Козловского.

И он громко расхохотался.

В шесть утра я с трудом отыскала свои носки – котика и собачку – и вызвала такси.

– Еле вас нашёл, – пожаловался таксист.

– Тут нет подъезда. За этой дверью сразу квартира.

– Ваша?

Я посмотрела на своё отражение в боковом зеркале.

– К сожалению, нет.

***

Сквозь сон я услышала, как где—то под ухом играет музыка. Наконец до меня дошло – я нащупала телефон и приоткрыла пол глаза, чтобы посмотреть на экран.

«Сергей».

Я мгновенно проснулась. За эти недели мы ни разу не виделись, не созванивались, а только обменялись парочкой сообщений.

– Привет, я не рано? – спросил он.

– Нормально! – заверила я с максимальной бодростью, на какую только была способна после четырёх часа сна.

– Как твой отпуск, чем занимаешься?

– Эээ… Была в Москве. А в понедельник уже надо на работу.

– Вот, нужно ловить последние дни! Поехали куда-нибудь?

– Сегодня? – уточнила я.

– Ну да! Погода вон отличная. Во сколько за тобой заехать?

Я потрогала опухшее лицо – по щекам размазалась вчерашняя тушь.