Сто рубаев о Талке

Немало пришлось приложиться мне к Талке,

Пока не нашел я источник – вино огневое.

Четыре языка всю жизнь изучаю,

Но ни людей, ни себя не понимаю.

Спросил я Талку: как же мне быть?

Она: ответ найдешь ты в рубаях.

Ты грешникам огонь извечный дал,

Ты любящим пожар сердечный дал,

Ты поэтам дал в небеса уносящее слово,

Ты страждущим рубаи, Хайяма, Талку дал.

Мир из философов, поэтов и пьяниц состоит.

За чистотой своих нравов каждый зорко следит.

Нет мне в нем места, ругают: философ, пьянчуга.

А иных и подавно от стихов и Талки тошнит.

Три техники есть как истину познать:

Верблюдом мысли мудрецов жевать,

Кур подзывая, петухом закукарекать,

Или напиться Талки и завалиться спать.

Болезнь, что жизнью называют,

Как излечить никто не знает.

От приступа спасительный рубай

Я принимаю, Талкой запивая.

Третий закон лишь для себя я составил:

В завтрак только хлеб и Талку поставил,

В обед есть что угодно и сколько угодно,

На сон грядущий то, что утром оставил.

Когда друг ко мне приходит – праздник,

Когда вино свое приносит – праздник.

Когда делает Талки глоток – замираю,

Для него приготовил я Талку – на праздник.

Поэтом самонадеянно он себя называет,

Что повидал, то в рифмы преображает.

Талку, которую пил, я тоже преобразил,

Но преображенной Талки уже не бывает .

Сосуд из хрусталя я Талкой наполняю,

И солнечных лучей игру в нем наблюдаю.

Не стыдно в дар его друзьям преподнести,

В нем яда и осадка нет, я это точно знаю.

Пусть весь мир под пятой золотого тельца,

Пусть поверг пред собой он умы и сердца.

Но когда-то, обнявшись с красавицей-Талкой,

Сей властитель был в ней растворен до конца!

Сегодня я Талки изрядно напился,

С красавицей-девой в объятиях слился.

Целую ее, а кокетка мне шепчет: творец,

За какие грехи ты на мир рассердился?

Жизнь, юный друг – это с Талкой графин,

Не разбей, не разлей – у тебя он один.

Будешь пить из него понемногу и с толком,

Доживешь, я клянусь, до глубоких седин.

Коль мир это я, скажи мне, мудрец,

Секрет бытия в чем спрятал творец?

Пожитки творец напоказ выставляет:

Земля, солнце, Талка… Бог, наконец.

Я Талки бутылку случайно разбил.

И все б ничего, но трезвым я был.

Смотрел со слезами как она утекает

И встав на колени, остатки допил.

Я Талки купил, пригласил в дом поэта.