Однажды в тридевятом царстве

 – Но прошли годы, сменилась эпоха, а вместе с ней изменились и люди.

В голосе старого директора зазвучала грусть. Он медленно подошёл к узкому оконцу в стене и поднял глаза к голубому лоскуту неба, по которому плыли редкие белые облачка.

– Мои ученики разъехались по всей стране в поисках лучшей жизни. Многих институтов, из тех, что организовывали раскопки, давно уже нет, а те, что ещё остались, погрязли в нескончаемых финансовых трудностях. Пятнадцать лет назад я ушёл на пенсию и вот, как старая курица, трясусь над своим никому не нужным детищем, спасаю этот краеведческий музей из последних сил.

А сил, надо сказать, с каждым годом всё меньше и меньше… – Седая голова склонилась под тяжестью невесёлых дум, голос затих.

– Почему вы говорите, что музей никому не нужен? – удивился Стёпа.

Старик встрепенулся, словно забыл на миг о присутствии слушателя, погрузившись в собственные мысли.

– Министерство культуры не берёт его на свой баланс, у них и без нас забот хватает. А местные власти всё время ворчат, что прибыли музей никакой не приносит, одни расходы, что только висит у них камнем на шее и тянет весь бюджет города вниз.

А о продолжении раскопок и говорить не приходится…

– Вам нужен менеджер по маркетингу, – посоветовал Стёпа.

– Вот-вот… – улыбнулся старик. – А ведь я, к стыду своему, даже слов таких не знаю! Стар я уже. Отстал от жизни. Угнетает только, что после меня некому будет позаботиться о музее. Вместе со мной уйдет в небытие и сама Крепость – боюсь, что в прямом смысле этого слова.

Время, к сожалению, безжалостно не только к людям, но и к каменным стенам. Крепость разрушается…

Немного помолчав, старик вдруг вскинул голову, распрямил плечи и с доброй улыбкой предложил:

– А пойдёмте-ка, мой юный друг, погуляем по Крепости. Я вам покажу всё, что смогу. Пойдёмте?

– С удовольствием! – обрадовался Стёпа и пошёл следом за директором.

Глава 3

На дверях ресторана висела табличка: «Ресторан закрыт на спецобслуживание».

Из десятка столов в просторном зале был занят только один, стоявший в самом центре.

Трое мужчин, сидящих за этим столом, оживлённо разговаривали, а двое официантов, замерев возле барной стойки, настороженно ждали любого, даже самого незначительного сигнала со стороны гостей, чтобы в тот же миг броситься исполнять.

Готовность официантов ринуться по мановению пальца была связана с тем, что за столом сидел мэр города и его друзья.