Книга Герцогини

Была середина лета – июль – ярко светило солнце.

Серьезным громким голосом юноша читал заупокойную

молитву по-латыни –

– Requiem aeternam…

Вечный покой даруй ей, Господи,

и да сияет ей свет вечный.

Да почивает она в мире.

Amen.

Он наклонился,

закрыл ей глаза бережно,

поцеловал в щеку;

и тихо повторил:

– мама… мама…

Поднялся и отёр лицо ладонями.

Могильщики смотрели на него,

потом закрыли гроб и опустили на веревках в яму.

Юноша помогал им.

Могильщики переговаривались, бросая лопатами землю.

Юноша слушал, стоя поодаль.

– Она была доброй госпожой, – сказал один. –

не скупилась на деньги.

Я слыхал, она слугам золотом платила…

– Этот говнюк Массимилиано, брат ее, сдох, –

отозвался другой могильщик, –

а всё ее богатство забрали в казну.

– Говорили, будто сын у нее есть, – продолжил первый, –

Жаль парня, упустил свою удачу.

Они замолчали и посмотрели на юношу.

– Не в деньгах счастье, – заметил он,

и усмехнулся тривиальности своих слов.

Он раздал могильщикам по несколько мелких монет,

они попрощались с ним и ушли.

А он еще стоял у свежезасыпанной ямы.

(Закончено в середине февраля 2021 года).

Старофранцузская история

Текст 14 века – анонимный.

Вариация-экспромт

Мать, я больше не пою

Никогда я не пою

Никогда я не пою,

Потому что я как лань бегу

Потому что ланью оленихой я бегу

Потому что старший брат за мной его охота мчится

Непонятная зачем все время мчится

И собаки мчатся лают псы

По лесной тропе охота мчится

С копьями наперевес охота мчится

С криками охотников охота мчится

Почему куда охота мчится

Я не дамся молча

Нет!

Гневом буду я пылать

– Быстро скоро эту лань зарежьте, – брат приказывает брат

Режут грудь мою, сдирают косы золотые

И нежную кожу сдирают с моего мёртвого тела

Плачь, любимый мой,

Не похоронить тебе меня

Жарится мое тело на огне

Рвут руками страшными

Запихивают в пасти человеческие свои

Склонись над книжным аналоем,

любимый мой,

пиши обо мне

напиши обо мне.

Пиши обо мне!

Бирюллийская духовная трапеза,

СОСТОЯЩАЯ ИЗ ШЕСТИ ПЕРЕМЕН, ДЛЯ АНДРЕЯ ГАВРИЛИНА, ДЛЯ МОЕГО ДОБРОГО ТОВАРИЩА ЛАЗАРЯ ВЕНИАМИНОВИЧА ШЕРЕШЕВСКОГО, ДЛЯ МОЕЙ МИЛОЙ ПОДРУГИ МАРИИ ХОДАКОВОЙ

Перемена первая.