Свободное падение

 – Вернись!

– Да идите вы все! – Дверь закатила классу оглушительную оплеуху, стряхнула хлопья рассохшейся извёстки.

В тот же день была разборка с Мещерским, слёзы отчаяния, безысходность, окно седьмого этажа… Но не решилась – пугали ускорение свободного падения и жуткое слово «тела».

На второй день она сцепилась с Авдеевой в школьном туалете. Разошлись вничью: Кристина провела следующий урок с носовым платком у разбитой губы; Авдеева неделю прятала под слоем тонирующего крема подсинённую скулу.

Соперничество у них было давнее, с конкурса «Мисс школа».

Кристина завоевала тогда бутафорскую корону, а «кляча», хотя и пришла к финишу второй, мириться с ролью вице-миски не стала – сравняла счёт, отбив Лёшку.

Теперь школа ждала, когда Кристина вернёт Мещерского, а вместе с ним и своё первенство. Но «ка-азёл, блин!» окончательно принял сторону соперницы, порывисто дёргал плечом, вырывая из цепких пальцев Кристины свой рукав, упорно не отвечал на звонки.

Кристина рычала от отчаяния, подзатыльниками разгоняла лезущую под ноги малышню, нервными мужскими затяжками курила в парке за школой…

Это и есть любовь? Чудное мгновение?!

Зло втыкала в скамейку окурок за окурком… Планетарная катастрофа, галактический хаос, вселенская пустота – вот, ваша любовь!

Так накрутила себя, едва с катушек не слетела.

Врач прописал какие-то убойные таблетки, – первое время не помогали, потом пришибли до полной апатии, до потери сил. Кристина неделю в школу не ходила, лежала целыми днями носом к стене. Мысли устало ворочались в голове… Встать? Куда? Зачем?..

По утрам мать канючила: «Кристиша, пойди умойся, потом лежи себе… Слышишь?.. Ну, что ты такая?..»

Чтобы не доводить мать до слёз, Кристина шаркала тапками в ванную комнату, пугалась своего отражения. Темные, роскошные волосы – ещё вчера не стыдно было их в рекламный ролик какого-нибудь «шолдерса» – сегодня неопрятны, глаза красные, нос распух. Видели бы её школьные завистницы – не нарадовались бы. Включала воду, нечёсаная сидела на краю ванны, свесив голову и теряя счёт времени.

Мать осторожно скреблась в дверь: «Кристиш, ты там не заснула?»

Так и не умывшись, и не причесавшись, Кристина шаркала обратно в свою комнату.

После обеда приходили подруги – Белинская и Петракова. Светка Белинская, она же Белка, поднимала валяющуюся на полу фотографию с какой-то прошлогодней вечеринки, – большая компания, едва вместившись в объектив, сидит в два ряда на диване.