Ненависть навсегда

Но разве образины в форме могут это понять?

Сквозь дверное стекло, искрящееся солнечными зайчиками, Глеб заметил бело-синий бобик и группу из четырех человек с автоматами наперевес. Хотелось получше рассмотреть их обмундирование, но когда вывели наружу, Глеб зажмурился. Солнце било в лицо тяжелыми лучами. Шарканье ног по асфальту нарушало общую тишину. Улица молчала. Подобного пекла в последний месяц лета, такого крепкого и продолжительного, Войнов Глеб давно не встречал. В полуденное время асфальт успел нагреться до такой степени, что плесни водой – пошел бы пар.

При мысли о воде представился берег озера: лежать бы сейчас на полотенце, купаться и загорать, а не все это. Но в следующую секунду Войнов Глеб напомнил себе, что от реальности не убежишь. Открыв глаза, ощущая резь, Глеб через ресницы увидел перед собой раскрытые дверцы багажника и железную клетку, которая надвигалась все ближе и ближе. Металл светился внутри, как бриллиант. Бросило в пот.

Глава 3

Еще издалека виднелось облако пыли, несущееся навстречу как ураган, а когда автозак подъехал к воротам и проскользил шинами по земле, то и дышать стало невыносимо. В сухом воздухе крутилась тысяча песчинок, которые сквозь ноздри проникали в самые легкие.

От знойного обеденного солнца не выручал даже головной убор. Черепушка гудела, как раскаленный металлический котел. Еще эта попойка вчера. Нет, очередного такого дня он не вынесет.

Паршивая работенка, подумал Повислый, работать тюремщиком это чертовски паршивое занятие. Пусть этот плевок будет тому подтверждение.

После он заложил пальцы в рот и оглушительно свистнул, подавая прибывшему конвою команду. В автозаке сразу засуетились. Подвеска скрипела и переваливалась с одного колеса на другой, один только водила сидел и безмятежно курил, наблюдая в зеркало заднего вида, как из клетки вытаскивают малолетнего осужденного.

А малой как будто и не сопротивляется, заметил Повислый, видимо, бывалый арестант. Одни зеленые мочатся в трусы.

Кто приезжает на зону впервые, на выходе из транспорта ведет себя так, будто это последние минуты в его жизни. Мальчишки либо упираются ногами и кричат, что больше не будут творить ничего дурного, либо, наоборот, становятся бледными как мертвецы, когда служивые протаскивают его через ворота с колючей проволокой.