В плену светоносном

В охотку все делалось.

Тишина стояла такая, что самые громкие звуки исходили из ведра от копошащихся в начинающей нагреваться воде раков. Один из них вдруг вылетел, нам на удивление, из ведра и плюхнулся возле котелка, стоявшего посередине нашего хлебосольного «стола».

– Сроду такого не бывало, – удивился Анатолий.

– Не судьба ему, значитца, – глуховато произнес Петр. – Пойду отпущу – заслужил. – Поднялся, и пошел к обрыву.

Мы с Анатолием невольно переглянулись.

– Воду надо немножко слить, лишнего, – деловито определил Анатолий.

Уже снизу от воды Петр подал голос:

– Смотрите, там от Кунаева ключа по течению кто-то плывет…

Сверху, с обрыва, нам было видней. Кажется, плыли на двух лодках. Мы с Анатолием посмотрели и забыли про них.

Почему-то вспомнился рассказ мамы о том, как отчим и она, взяв меня на руки, ушли из дома, не стерпев попреков отчимовой матери, которая никак не могла смириться с тем, что сын, вернувшийся с войны, привел в дом жену с чужим ребенком.

Им негде было жить, негде ночевать. И они пришли сюда, на Самару.

…– Смотри! Они уплывают! – воскликнул Анатолий.

И точно, двое на резиновых лодках миновали наш крутой бережок и плыли левее по течению уже метрах в ста.

– Эге-ге… ге… эй, станишники! Плывите к нашему шалашу, – зычно прокричал Анатолий.

– Давай, мужики, заруливайте к нашему столу, – не удержался и я, громко присоединившись к Анатолию. – У нас есть чем угостить!

То, что они плыли издалека, видно было по всему.

Плывший вторым повернул к берегу и причалил. Закрепив лодку на песчаном мыске, пошел неспешно к нам.

Подавая руку, чтобы помочь незнакомцу подняться на кручу, я спросил:

– Что же приятель ваш не остановился?

– А он глухой напрочь…

Мы все с удивлением смотрели на своего нечаянного гостя.

Худенький и невысокий, тонкое трико с пузырями на коленях, легонькая, выцветшая, белесого цвета майка с рукавами – совсем как подросток.

Он не отказался от ухи. Ел стоя, держа миску странно близко к лицу. Водку пить не стал, резонно сославшись на жару.

– Откуда же вы плывете и куда? – спросил я.

Он ответил буднично:

– От поселка Переволоцкого до города Самары.

– А где этот Переволоцкий? – спросил Петр.