Подкова. Cтихотворения

Включить бы свет, да не встать, увы, —

Хрипение в лёгких, ознобный жар…

Вот так бежишь по годам во всю мочь,

Богатства побольше стремясь собрать,

Как вдруг налетает с удавкой ночь

И всё ты готов за воздух отдать,

За то, чтобы в лёгких жил кислород.

И ужас ломает твой мозг и грудь, —

Ты знаешь, что будет, как миг придёт,

Когда ты не сможешь уже вдохнуть.

    28.02.2020

«Из дома вышел – встретил себя на углу…»

Из дома вышел – встретил себя на углу,

Тащившегося сквозь февральскую мглу.

С собой разминулся, побрёл сквозь метель

Дорогой через март в вербноликий апрель.

Хотя фонари светили, но было темно.

А я-второй сидел дома, смотрел в окно.

    12.02.2020

НА ПЕНСИИ

Начало марта. Снег растаял.

С утра на улице серо,

лишь капли на ветвях блистают,

как перламутр и серебро,

Да в ярких куртках по дорожкам

спешат к учёбе школяры.

А я сижу, гляжу в окошко,

дожив до старческой поры.

Теперь могу хоть до обеда,

покинув скучную кровать,

я в мягком кресле вялым дедом

полуглядеть, полудремать;

в дремоте слушать с чуткой ленью,

встопорщив уши и усы,

как сквозь меня текут мгновенья,

сливаясь вкруг меня в часы.

Могу я видеть третьим оком,

как омывая всё подряд,

они уносят нас потоком

в гремящий в бездну водопад,

над коим ангелы летают,

роняя в брызги вод перо…

Начало марта. Снег растаял.

Весь день в душе моей серо.

    04.03.2020

ХУДОЖНИК

Всё пишу среди битвы и пира,

Среди грохота и тишины

Образ мiра и образы мира,

Образ мужа и образ жены.

Всё черчу среди бед и проклятий,

Облепивших судьбы берега,

Образ старца и образ дитяти,

Образ друга и образ врага.

Вверх взбираясь по жизни отлогой,

В свете солнца и в блеске луны

Всё рисую я образы Бога

Страстотерпца и пса Сатаны.

Словеса, что в быту зачерствели,

Размягчаю я ночью и днём

То растопленным снегом метели,

То горячим пьянящим дождём.

И монах, и солдат, и острожник

Влили в жилы мне ярую кровь,

Сила духа – мой верный треножник,

Мои кисти – мечта да любовь.

    19.12.2019

В МУЗЕЕ ВОСКОВЫХ ФИГУР

Людских судеб земное колесо

закручено неведомою силой,

и лепленной историей Тюссо

дышать ещё печальней, чем могилой.

Аристократок горделивый лоск

и королей развёрнутые плечи

теперь лишь ткань да крытый лаком воск,

который можно переплавить в свечи.