Эхо городских развалин. Стихи. Избранное

Взмахнув крылом, гонец унес тревогу,

А я, одна оставшись в лунном свете,

Помчалась прочь, молясь усердно Богу,

К покинутой до этого планете.

То странный сон был. Я, проснувшись рано,

Еще бродила долго по квартире.

Вода привычно капала из крана,

И ночь еще царила в этом мире.

1999

И он ушел – опять не обернувшись

***

И он ушел – опять не обернувшись.

Она считала: так, мол, мне и надо.

Всю жизнь жила, как будто не проснувшись,

На грани безнадежности и ада.

Надеялась на чудо, как обычно,

Избавиться от грусти не хотела,

Друзьям же говорила: «Все отлично»,

И снова на свидание летела.

И пропадом тогда любая вечность,

И за любовь себя отдать до клетки.

Да только на такую бесконечность

Охотники давно уж стали редки.

И в неге лет запуталась устало,

Пытаясь убежать от льда и боли.

В ее судьбе чего-то не хватало,

Как будто ей не те достались роли.

Потом ушли и годы, и проблемы.

Она страшилась смерти и забвенья,

Не принимая жизненной дилеммы:

Не быть иль быть без страха и сомненья.

Испив такой же чаши, полной яда,

Ее не в силах все-таки понять я:

За горечь всю единственной наградой

Ее была лампада у распятья.

И тишина. И шелест губ печальный,

И слов молитвы тяжкое раздумье.

Тяжелый крест: не жечь свечи венчальной.

Мятежный дух, граничащий с безумьем.

2000

Не летаю давно во сне

* * *

Не летаю давно во сне.

Я забыла все ощущенья,

Просыпавшиеся во мне

При полетах. Мне нет прощенья,

Погрязающей каждый день

В бытовой суеты засилье.

В наказанье за эту лень

У меня отобрали крылья.

А во сне я могла летать,

Упиваясь восторгом ветра;

Птицей вольной могла бы стать

И подняться на километры,

И захлебываться вверху

Неизведанным раньше счастьем,

Неподверженная греху,

Не поддавшаяся напастям.

Но по волнам семи цветов

Мне – увы! – не достигнуть рая.

Я опять за собой мостов

По привычке не поджигаю

И тоскую по той мечте,

Где могла я летать как птица.

Жду, наивная, ночи те,

Где свободный полет приснится.

2000

Нападает иногда одиночество

* * *

Нападает иногда одиночество –

И бежать не смею прочь.

Для себя я, может быть, высочество;

Для других – никто. Ночь.

И нечаянно шепнет подстрочием

Двоякий чей-то смысл.