Верни мне крылья, любимая

Он ничего о ней не знал, но проклятие богини Афлокситы уже заставило его влюбиться в свою избранницу по уши.

Это было так странно – всем сердцем тянуться к незнакомке, пусть и прекрасной, как весеннее небо.

Тянуться к человеку. К женщине другой расы.

Залюбовавшись, Дьяр даже на секунду забыл о своем рабском положении, о том, зачем вообще поднялся сюда, в гостевую спальню.

А потом вспомнил и ощутил во рту горький привкус желчи.

Сейчас они займутся любовью. Не любовью – сексом. Продажным сексом за деньги.

А он хотел бы поговорить. Хотел бы вместе опуститься на кровать, но не за тем, чтобы слиться в экстазе физической близости, – чтобы просто побеседовать. Слушать нежный голос избранницы. С каждым словом узнавать о ней все больше и больше. Чем она живет, какие книги любит, как поздно ложится спать и какой сорт чая предпочитает по утрам. Спрашивать и отвечать на вопросы.

Этого он хотел бы сейчас, а не бездумного животного совокупления, пусть даже желание в клочья раздирало его форменные штаны.

Арабелла молчала, по-прежнему стоя у окна. Дьяр ее не торопил. Видел, как сильно она нервничает, как неловко себя чувствует в его присутствии. Невинная лилия, решившая запачкать лепестки.

Незаметно он повел бедрами, пытаясь ослабить напряжение в паху. Все-таки униформа курто, эти брюки, слишком тесные, слишком узкие, были не предназначены для того, чтобы терпеть возбуждение долго.

Может раздеться?

Почему бы и нет? Они ведь за этим сюда пришли.

Дьяр решил, что терпеть неудобства нет смысла – проклятые штаны уже пережали ему все, что только можно, – и потянулся к трем передним пуговицам на ширинке.

Услышав шорох ткани, Арабелла наконец обернулась и, увидев за собой голого мужчину, едва не вскрикнула.

– Что ты делаешь? – прошептала она, краснея и пряча взгляд.

В островке света от магических лампочек-мотыльков Дьяр выпрямил спину и расправил широкие плечи, словно намеренно демонстрируя истинной свое гибкое сильное тело, свою идеальную мужскую красоту.

– Оденься, пожалуйста, – попросила Арабелла, глядя куда угодно, только не в его сторону. Она так отчаянно смущалась, словно ни разу в жизни не видела обнаженного мужчину.

– Зачем? – удивился Дьяр. – Ты заплатила за ночь со мной и… – Он осекся.