Всего лишь мишени

Видимо, всё презрение к их гнусному пари читалось на моём лице бегущей строкой. И Стас не на шутку разошёлся:

– Чё ты зыришь? Чё зыришь? Думаешь, не смогу? Или, может, эта шкура тебе достанется? Ну, отвечай! Чё, язык проглотил?

И, вскочив со скамейки, он двинулся на меня.

– Втащи ему, Стас! – мычал бычок. – Он думает, ты лошок. Типа ты сдрейфишь.

– Да я его по стенке размажу! Ты чё о себе возомнил, петушара?

– В натуре, берега попутал, рамсы с хамсой…

Ну вот. Я давно ждал, что он меня отоварит. Рано или поздно он просто не смог бы сдержаться, а сегодня он какой-то особенно агрессивный – уж не знаю, чем его так задели слова Юрца.

– Я щас табло тебе разобью! – рычал Стас, но внезапно я был избавлен от этой печальной участи.

– А ну-ка отвалите от него!

Произнёс это Богдан, медленно поднимаясь со скамейки и нависая над ним всей своей внушительной фигурой.

– Это кто тут вякает?

Спеси у Стаса заметно убавилось, но за ним торчали два его кореша.

– Тоже в бубен захотел, волосатик? Так вставай в очередь. Я сегодня исполнитель заветных желаний.

– Ну, попробуй.

И Богдан задрал штанину, до того заправленную в берцы. Под ней в прикреплённых ремнями к щиколотке ножнах блеснуло лезвие клинка.

Стас отшатнулся, как ужаленный.

– Ты чего? Пацаны, он псих! Поехавший!

– Да, ты прав. У меня даже справка есть. Я из тебя всю кровь выпущу, и ничего мне за это не будет.

– Пошёл ты! Пацаны, пойдём физруку скажем, что у него нож. Он же всех нас тут перережет!

– Не, это не понятиям. – Юрец тоже заметно побледнел, но пытался хорохориться. – Мы же не актив. Пусть администрация сама с ним разбирается. Один хрен он скоро и без нас спалится.

– Лады… только пойдём на хрен отсюда.

И они покинули поле битвы, бочком проскочив к выходу мимо Богдана.

– Спасибо, что вписался, – сказал я. – Ты спас моё лицо от синяков.

Богдан не ответил. Он как-будто бы уже позабыл и про меня, и про всё то, что тут только что творилось. Глянув на часы, он поднялся и буркнул под нос:

– Всё, пора.

И пошёл на улицу. Сегодня у нас сдача бега – кросс километр. Девчонки уже строились на старте для переклички и разминки. К ним трусила наша весёлая троица, докуривая последние сигаретки. По их светящимся от предвкушения лицам трудно было понять, что произошло в раздевалке.