Тутанхамон

Тутанхамон

Давид Павельев

Власть свалилась на юного Тутанхамона, как снег на голову и против его воли. Теперь он должен понять, кто он – хозяин жизни или раб своего положения? Можно ли употребить власть во благо народа, или Тутанхамону придётся делать лишь то, что от него требуют?

Лица

Э х н а т о н, фараон Египта

Т у т а н х а м о н, его сын

Н е ф е р т и т и, царица Египта, жена Эхнатона и мачеха Тутанхамона

М а к е т а м о н, сестра Тутанхамона

Э й е, его учитель, советник и воспитатель

Х о р е м х е б, главнокомандующий армией

В а л т а с а р, посол Вавилона в Египте

М а и, верховный жрец Осириса

Т а р а, рабыня Маи

Р а б ы

А в т о р п ь е с ы.

Сцена первая

Зала во дворце Эхнатона. В центре её трон.

Некоторое время зала пуста.

Вдруг раздаются грохот фанфар. Трубят трубы, гремят литавры, и под эти торжественные звуки появляется Хоремхеб. Это весьма пожилой, но крепкий мужчина. Шаги его гулкие и чеканящие, лицо решительное, упрямое и немного насмешливое.

Х о р е м х е б. Гм, странно… И никто не спешит выйти на встречу родной непобедимой армии и её прославленному командиру, высказать ему своё восхищение и пожать его крепкую ладонь. Сказать: «Генерал, никто не сомневался в вашей победе, в стойкости ваших солдат и конечно же, в вашем стратегическом уме!» Но всё равно при этом тактично удивиться, чтобы я мог в полной мере насладиться своим триумфом… Но нет! Ишь чего, размечтался.

Торопливо вбегает Эйе – тоже пожилой, полноватый мужчина с одутловатым, подвижным, изрезанным глубокими морщинами лицом.

Э й е. А вот наконец и вы, Хоремхеб… Скорее…

Х о р е м х е б. Да, вот наконец и я, Эйе. Разве вы только это хотите мне сказать?

Э й е (пытаясь отдышаться) Ах, да… Простите меня, Хоремхеб… Это всё потому, что я нахожусь в таком смятении… таком смятении! (Хватается за голову и продолжает попытки отдышаться) Собственно говоря, все мы находимся сейчас в смятении… но вы же понимаете… вы вообще хорошо меня понимаете… за что я очень вам благодарен, друг мой… что я в особенном смятении.

Х о р е м х е б. Нечего сказать, пышная процессия. Ну да ладно. Я уже привык.