Ирина. Путь к себе

– Ну и как Вам с нами, Константин Викторович?

– Бесподобно! – воскликнул я и тихо добавил, – а с тобой наедине было бы еще лучше. Придешь сегодня?

– Часика через два, – шепнула она и громко объявила. – Мы решили поплескаться без купальников – просим не подглядывать!

Собирая удочки, я обиженно ворчал во весь голос:

– Могли бы не прогонять заслуженного «альбатроса» – скитальца морей! Не всё же ему любоваться зелеными русалками…

– Если «альбатрос» будет вести себя хорошо, так и быть, в следующий раз уважим, – состроила глазки симпатичная Маша.

Рассыпавшись в благодарности, я зашагал готовиться к предстоящей встрече. Однако, особой нужды в этом не было: пару лет назад хорошая женщина, с большими сексуальными запросами и эротической фантазией, серьезно потратившись, сделала из моей просторной гостиной уютную комнату, задрапированную красивыми гобеленами. Но стоило раздвинуть драпировку – и комната превращалась в небольшой зал с мерцающими зеркалами и различными приспособлениями для сексуальных утех.

Из всего этого мне нравилось лишь большое кресло у камина удобное для парочки любовников. Остальное не очень-то завлекало, поэтому наши отношения с Альбиной плавно перешли в приятельские…

Альбина слыла легендарной личностью. Будучи молодой адмиральской женой она прославилась любовными похождениями, и поскольку в покровителях недостатка не было, оставшись вдовой, жила в свое удовольствие. В восьмидесятом году приехавший на олимпиаду богатый зарубежный гость – спонсор одной из команд, разыскал свою дальнюю родственницу.

Это была Альбина. Она так обворожила новоявленного дядюшку, что вскоре, умирая, он завещал ей огромное состояние. Настолько большое, что этим занялся комитет – изъял в пользу государства «львиную долю», разрешив распоряжаться остальным как заблагорассудится. Но под контролем…

Она приобрела шикарную квартиру в центре, большую дачу на побережье и стала ещё активнее заниматься «любимым делом». Участники ее мероприятий, зная о надзоре, относились к этому спокойно: «аморалки» особо не боялись, но языки не распускали.

Альбина пыталась привлечь и меня в свое свингерское сообщество:

– Комитета можешь не бояться, им известно о нашей дружбе.

– Зачем же ты меня подставляешь?– рассердился я.

– Нисколечко… Мой куратор сказал, что ты со своим своенравным характером их не интересуешь, так как в твоем патриотизме они уверены. Но высоких должностей тебе уже не видать. Так что добро пожаловать в наше свободное братство.