Архи-VR

Да, врачам я не доверял. Как и вообще всем представителям корпораций.

– Почти все, – сказал врач, закрывая капсулу.

– Ещё один кредитник?

– Ну да. Такая виртуозная мешанина генов только у них. Всё на грани фола. Но по-другому нам не выжить. Случайные мутации всё чаще приводят к критическим сбоям. Нам ли не знать. Сколько из пакетников уходят без дополнительных вмешательств, а? Единицы из сотен. А каждой из кредитных мамаш подбирается идеальный донор. Этот вон, простудой ни разу не болел. А его племянница что?

– И что, хочешь сказать у этого топа жизнь получше, чем у тебя была? Ни любви, ни заботы, ни ласки.

Выкинули из дома в двенадцать и крутись, как хочешь, обуза.

– Тут ты прав, жизнь у меня получше. Была. А вот детей пришлось через банк доноров заводить. Анализ наших с женой генокодов выдавал критическую мутацию в девяти из десяти случаев. Родить десятерых, чтобы получить одного живого и здорового жена не согласилась. Так что моя дочь и её сын – не совсем наши.

– Но вы их любите, как своих.

А таким мамашам, как его…

– Она дала жизнь шестерым здоровым детям. Шестерым. Которые, как и этот, разнообразят генофонд нашего несчастного вымирающего вида. И если быть честным, посмотри на этого топа и на его брата. Кто тебе, как женщине, более симпатичен? Живущий в кредит оболтус, не удосужившийся сделать анализ генокодов перед зачатием или бывший топ, удачно продавший перса и способный сделать сильного и здорового малыша любой женщине?

– Ты специально выпячиваешь недостатки первого и достоинства второго.

Просто скажи, он может быть донором для своей племянницы?

– И не только для неё, кстати. Надо будет сохранить результаты его теста в базе доноров. И выбить у него согласие на использование клеток и для других.

Глава 8. Вклад в будущее

Я открыл глаза и сделал вид, что пытаюсь сфокусировать взгляд. Виртокно с текстовым содержанием беседы врачей, возникшее сразу после моего пробуждения, озадачило. Ничего себе подробности о жизни нашего общества я узнаю.

Нет, я не против помочь выжить кому-то другому, но я впервые начинал смотреть на себя и на других кредитников с другой точки зрения. Не как на бесполезный случайный шлак, заполняющий пустое пространство, а как на необходимый катализатор в химической реакции. И это было такая странная точка зрения, что начинал меняться и весь окружающий меня мир. Нет, я начинал его видеть другим. Он-то оставался неизменным. Странно. Надо будет подумать над этим, наблюдая за закатом.