Архи-VR

Девочка лежала в крохотной капсуле под прозрачным колпаком и вроде бы спала. Блин, надо было всё же предупредить, остолоп. Ладно, сделанного не воротишь. Митька поднялся как-то неуверенно. Двойной остолоп я! Шарф и полумаска. Чудик забывчивый.

– Прости, торопился, – сказал я, снимая капюшон и полумаску. – Сейчас куда, к врачу?

– Лёха, – улыбнулся до ушей мой брат. – Приехал. А да, это моя жена, Милана. А там – дочка, Саня. Спит. Да, к врачу.

– Алексей Шотов? – сказал мне мужчина в белом халате, практически вбежавший в палату.

 – Мне медсёстры сказали, что вы уже прибыли. Идёмте быстрее в манипуляционную. Дмитрий Иванович, вы оставайтесь тут, мы лишь пробы пока возьмём.

Иванович, надо же. Ладно, если я запрошу отчество – у меня оно тоже будет. Но я не хочу пока знать даже имя того донора, который сдал свою сперму и забыл об этом. Не хотел. Теперь придётся. Только ради дела, а не потому, что мне интересно.

– А, да, хорошо, – растерянно и неуверенно сказал молодой папаша.

– Я приду, как освобожусь, – успокоил я Митьку.

 – Посидим, потрындим. Здесь кафетерий же есть?

– Есть, – кивнул брат и вновь улыбнулся.

Дитё дитём. А уже своё дитё сделать умудрилось. А ведь тот маленький человечек в капсуле – моя племянница. Мурашки пробежали по спине от осознания этого факта. У меня. Не только брат есть, но и племянница. Великий Рандом, умоляю, не повернись ко мне спиной, я же никогда тебя не обижал, правда!

– Доктор, в двух словах, что с дочерью Дмитрия и как я могу помочь? – спросил я, как только мы зашли с врачом в лифт.

– Нужно сопоставить ваши генокоды, чтобы понять, поможете ли вы вообще. У девочки сбой в работе иммунной системы. В понятных вам терминах – у неё нет абсолютно никакой защиты. Любой микроб ведёт к болезни, любой вирус может её убить. Единственное на данный момент решение – синтез специальной вакцины и её постоянный приём. Поможет также пересадка костного мозга, но нужен подходящий донор. Родственники могут подойти лучше всего. Обычно – братья или сёстры.

Сами понимаете, этот вариант на полтора года оставит их в больнице под постоянным присмотром. Могут подойти и взрослые родственники. Но пока никто из протестированных не подошёл.

– И много их было, протестированных? – раздеваясь и укладываясь в капсулу, спросил я.

Браслет, как и гарнитуру, я оставил вместе с вещами, прямо на стуле у капсулы. И приказал Китти через виртокно записать то, что будет происходить здесь, пока я буду лежать в капсуле.