Неупиваемая чаша

Если есть «масло» в голове и будешь ясно видеть цель, сможешь в симбиозе применить и то, и другое…

Заумные поучения продолжились, и, считая, что он просто нашел перед кем можно выпендриться, слушал я вполуха, о чем пожалел, когда пришлось выстраивать свой бизнес.

– Завтра в десять утра встретимся у городского парка, – после магазинного обхода предложил он. – По воскресеньям «Общество книголюбов» устраивает там выставку личных приобретений с тайной продажей перекупщикам, но самому тебе в это не вписаться…

Когда на следующий день по боковой аллее парка мы вышли на большую площадку (наверное, вечерний танцпол), у меня разбежались глаза: по всему периметру на скамьях были разложены книги.

Владельцы «собраний», прохаживаясь возле, обменивались свежей информацией или вполголоса объяснялись с подходившими, явно посторонними, но знакомыми людьми. Мой взгляд привлекла книга в красивом черном переплете – «Богач, бедняк…» Ирвина Шоу. Я даже не знал, что она существует. Прочитав когда-то «Вечер в Византии», каждую следующую книгу этого автора я принимал подарком судьбы.

– Сколько… стоит? – показал я на нее.

– Молодой человек, – строго блеснули очки в золотой оправе, – здесь Вам не базар.

– Да ладно, Виталий Аронович, он со мной, – подошел улыбающийся Фред.

– Ну, тогда посмотрите, – приветливо повел рукой Виталий Аронович, – может, еще что интересует?

– Нет. Эта сколько? – повторил я.

– Двадцать пять, – негромко обронил он.

Рассматривавший книги Фред повернул голову:

– Побойся Бога, Ароныч, у нее на выходе потолок двадцатник.

А здесь – пятнашка, не больше.

– Берите за семнадцать, – ничуть не смутившись, предложил продавец.

На мой вопросительный взгляд Фред пожал плечами. Я стал отсчитывать деньги, и Виталий Аронович, быстро сдвинувшись, прикрыл их передачу собой.

Когда мы отошли, Фред сказал:

– Договорившись, деньги передают по возможности скрытно.

– Но всё же ясно… – обмолвился я, разглядывая купленную книгу.

 – Слушай, она вышла в прошлом году и даже не раскрывалась.

– Ясно, да не очень, – рассердился он, – у наших людей страх на подкорке, и не надо его тревожить. А то, что многие «книголюбы» почти не читают, хорошо известно. Идем, надо представить тебя председателю… Кстати, чтиво признает он исключительно про индейцев, и всё что о них написано, даже в журналах, у него собрано.

Мы подошли к грузному мужчине, обозревавшему площадку.