Аромат ландыша

Аглаиду Афанасьевну словно обожгло огнём от его прикосновения. «Беги отсюда! Береги себя!» – набатным колоколом звенело в ушах.

За считанные секунды она овладела собой настолько, что смогла, улыбнувшись и выпрямившись, мягким жестом отстранить его руку.

– Павел Андреевич, благодарю Вас за заботу. Мне правда вдруг стало нехорошо, но это верно от духоты и зноя. Видимо будет гроза. Сейчас я в полном здравии. Я пришла сказать, что Борис Бенедиктович остался в госпитале, и мне следует вернуться домой.

Павел Андреевич отпустил её и, скрестив свои руки на груди, смотрел на неё не мигая.

– Елена и Владимир расстроятся. Останьтесь, пожалуйста. И я тоже буду огорчён, – медленно сказал он.

Аглаида Афанасьевна задумчиво, но отрицательно покачала головой.

– Не сегодня. Простите нас.

– Я провожу Вас.

– Не стоит. Я дойду сама. Здесь совсем близко.

Теперь она шла неторопливо, стараясь успокоить дыхание и привести в порядок чувства. Дома она была сама не своя, бросалась целовать детей, взялась играть с ними в куклы и солдатики, но потом всё оставила и с грустной усмешкой смотрела на то, что они устали и плачут.

Поздним вечером, почти ночью, неожиданным сюрпризом вернулся её супруг.

– Больной оказался очень сильным, состоянии его стабильное и не требует моего неотступного наблюдения. Я оставил его под присмотром моего главного помощника и всё-таки смог вернуться к вам.

Аглаида Афанасьевна сидела на диване и не веря своему счастью, крепко держала мужа за руку.

– Как же хорошо, что ты вернулся! Боренька, я не оставалась у Мятниковских и вообще не хочу к ним ходить более.

– Что так, драгоценная моя Аглая?

– Павел Андреевич… Не нравится он мне что-то, – Аглаида Афанасьевна чувствовала, что голос дрожит, но ничего уже не могла поделать.

– Неужели волочится за тобой? Хочешь, я вызову его на дуэль? – раскатисто засмеялся Борис Бенедиктович. Он не заметил её смущения, дрожащего голоса и даже, кажется, в этот момент не смотрел на неё.

И смех его и слова прозвучали зловеще во внезапно ярком перекрестном свете молний. Гром протяжно, раскалённым, кипящим от молний молотом качнул дом, медленно бубнящий дождь обрушился тяжёлой, всепоглощающей лавиной на сжавшуюся перед ударом землю. Плотная завеса словно ремнём перетянула непроницаемо мрачное небо. Воздух холодный и тревожный полоснул лезвием обжигающе резких струй дождя.