Болская деревня. Истории из детства

Цветок у купальницы плотный, едва видна мохнатая мягонькая серединка. Понюхаешь – весь нос жёлтый, чихать охота. Ещё мне нравятся мелкие розовые часики. Сорвёшь такой цветочек возле муравейника, покрутишь за ножку, отпустишь, а лепестки в обратную сторону раскручиваться начинают – шагать по часовой стрелке.

Деревню за речкой сморил полуденный сон. Тишина стоит, но собаки всё ж таки гавкают изредка да телята за изгородью жалобно мычат, потому что в стадо их не отправили. Коровы шуршат хвостами, бьют себя по бокам.

Спать мне захотелось так, что глаза слипаются, но оводы того и гляди норовят укусить, поэтому вичка моя всегда наготове.

Интересно, у мух есть ум или нет? Кажется, что есть. Вот пристанет к тебе муха, ты её отгонишь, а она облетит вокруг тебя и снова гудит у самого уха. И как будто видит, что ты на неё замахиваешься – сразу улетает. Значит, понимает всё, и есть у неё ум.

Бабушка Дуся вернула корову в стадо и тоже отмахивается от мух:

– Вот эть кака зараза, донимат! Норовит съись ровно.

Я сижу похихикиваю от её слов, но украдкой, чтобы она не заметила.

Алёшка и Колька однажды показывали, как они паутов запускали с травинками. Поймают паута, наколют его задним местом на травинку, отпустят и смотрят – у кого дальше полетит, тот и выиграл. Забава у них такая была.

Коровы улеглись на отдых. Они лениво жевали жвачку, изредка чесали головой бока, смотрели по сторонам большими умными глазами, вострили ухо.

– Бабушка, а как это – жевачка у коровы? Она что ли есть у них? Это же неправда.

– Ишо кака? правда! Конешно, есь. Нажуют траву, отрыгнут и тожно снова жуют – пережёвывают. Это и называцца жвачка, – отозвалась бабушка. – А ты чё думала? Не магазинска эть жевачка у их.

Чуть погодя вдалеке за речкой раздались крики – кто-то отчаянно ругался. Бабушка пробормотала:

– Манька опеть хайло-то дерёт. Санко костерит, нально. Всё ему от иё попадат. Чё хайло-то драть? Отсенокосилися уж поди. Это мы ишо не рабливали, литовку в руки не брали.

Мишка и Вовка, мамины братья, приходили на любую работу по первому бабушкиному зову – что картошку садить, что сено косить. Это она так ворчала, для порядку.

А потом, смилостивишись, сказала:

– Бежи конфету дам. Лампасейки тебе купила, на, не просыпь токо.

Эти маленькие разноцветные конфетки были без фантиков, назывались заморским словом «Мон- пась-е».