Камень в огород

– Так я тебе и поверила!

– Нюсь, я не понимаю, как ты можешь какие-то мелочные личные интересы ставить выше общественных?

– Общественными пусть занимается мэрия, а я не мэр! И вообще! Вдруг это мафия выполнила заказ крестного отца и стырила камень? – из последних сил сопротивлялась я, но Наташильда всегда слышала только то, что хотела.

– Кстати, интересная идея. Вырвать из цепких лап мафии наш городской символ – это круто! И это случится с твоей помощью. – Наташильда с жалостью погладила меня по гладкой голове, и я сразу почувствовала себя маленькой девочкой, готовой ради старшей сестры на все.

– Татусик, – в страхе за свою молодую жизнь взмолилась я, – а давай ты встретишься с Эдькой, все расскажешь ему, и вы вместе займетесь твоим камнем. А для полиции записку напишем, при каких обстоятельствах и где нашли фенечку, сунем все в конверт и оставим дежурному. И сами не засветимся, и следствию поможем.

– Нюсь, а хочешь, я дам тебе свой рюкзак? – не совсем по теме спросила Наташка.

– Рюкза-ак? – не поверила я. Это в корне меняло дело!

– Да, рюкзак.

Итальянская кожа, беж, большой декоративный узел на единственной лямке – элегантная вещица, даром, что рюкзак, и подходит к любому стилю, особенно к стилю лэнд-леди. Я влюбилась в это изделие кожгалантереи сразу, как только Наташка принесла его из бутика в Аахене, и безуспешно пыталась выменять у сестры на замшевые туфли-лодочки, на ремешок от Гуччи, на серьги с аметистами, – Наташильда ни в какую не соглашалась.

И вот сейчас Наташка царственным жестом протягивала мне сумку.

Слезы высохли, я дрожащими руками обняла предмет давнего открытого вожделения. Соборы Северной Рейн Вестфалии смазались в памяти.

– Мобильник взяла?

– Взяла, – я вздохнула.

– Значит, ты идешь в городской отдел прокуратуры, говоришь дежурному, что у тебя есть информация по делу о пропавшем камне и тебя пропускают к следователю Коршунову…

– Я не идиотка, – поморщилась я, – помню я все.

– Ну, на счет идиотки я не была бы так категорична,– неудачно съязвила Наташильда.

– Значит, я остаюсь?

– Я пошутила!

– Ты не боишься, что идиотка провалит тебе все дело?

– Ну, не до такой же степени ты идиотка, – утешила меня Наташильда. – Ладно, не злись, тебе это не идет.

О чем речь! Мне идет быть агнцем на заклании.