Камень в огород

 – Обвести Наташильду вокруг пальца мне ни разу не удавалось, но я не теряла надежду. – Если б мы знали имя владельца машины – тогда, конечно. Кстати, «жигуль» может быть в угоне.

– Я почему-то уверена, что фенечка окажется уликой. Могу спорить, что на ней жировые и потовые следы одного из похитителей. К тому же, – Наталья щелкнула пальцами, – мы можем описать преступников!

Вот тут-то и выяснилось, что парня с сигаретой мы с Наташкой запомнили по-разному. Я вспоминала пухлые, тугие щеки, Наташка утверждала, что щек не было в помине, а было широкое, скуластое лицо:

– Как у Бобби Ли.

– Еще чего!

– Это был среднего возраста и роста Бобби Ли,– настаивала старшая сестра.

– Нет, это был молодой, упитанный славянин с толстыми щеками! – твердила я, хотя Наташка своей воинственной уверенностью заронила во мне сомнение. Возможно, память подвела меня?

– Нет, у него широкое азиатское лицо, – яростно защищала своего парня Наташка.

Минут десять мы перекрикивали друг друга и стали уже обращать на себя внимание волейболистов, пока до нас не дошло, что мы не можем описать похитителей.

Я почувствовала облегчение. Ну теперь-то Наташка поймет, что никакие мы не свидетели.

– Вот видишь! Мы даже не сможем опознать грабителей. Только сбить с толку следствие можем и найти чирей на энное место.

Но в Наташкиной забубенной головушке уже родился план, и отступать от него она, как всегда, не собиралась. Этот идиотский план и перевернул мою жизнь.

Но обо всем по порядку…

… Наташке всегда удавалось меня убедить в том, что она разносторонне одаренная.

– Я в шоке! – через короткое время возвестила Наташка.

После этого известия я получила разрешение посмотреться в зеркало и чуть не разревелась: было от чего впасть в шок!

В зеркале отразилась деревенская убогая дурочка в футболке и длинном сарафане (мелкие белые цветочки на синем поле).

Мои шикарные волосы были гладко зачесаны и собраны в пучок на затылке. Завершали образ бабулины очки в оправе «прощай молодость» на кончике носа. Отражение в зеркале смазалось и поплыло.

– А ты в чем будешь? – сквозь ком в горле поинтересовалась я.

Наташильда отправлялась на встречу с Эдиком Птичкиным.

– В чем-нибудь, еще не придумала, – отмахнулась она.