Кошка под такси. Для чтения и кино

Обескураженный, шокированный увиденным, Он, как рыба выброшенная на лёд, полусидел в луже краски и беспомощно открывал рот, то ли глотая воздух, то ли пытаясь вымолвить хоть слово – будто лишился дара речи. Наконец, закончив осмотр, Он перехватил её вопросительно-негодующий застывший взгляд и, разгадав намерение, предупредил действие вопросом.

– Ты собираешься отнести мою душу в Вальхаллу?

– Я уже отнесла туда души твоих картин! С возвращением, но ты опоздал – битва закончена; и ты проиграл.

– В каждой картине, в каждом наброске есть капля моей жизни, и, полосуя лезвием бритвы по ним, ты оставляешь глубокие порезы и на моей душе.

– Это часть и моей жизни, от которой ты отказался, от которой ты сбежал в уединение. Я же тебя предупреждала, что не сберегу себя! Предупреждала, а ты не поверил…

– Я и сейчас не верю! Разрушитель по натуре – всегда только убийца, а не самоубийца. Доставай варёную курицу; куда ты её спрятала? Всё это – чушь! – заключил он и развернулся, чтобы уйти.

– Не уходи, останься, – неожиданно жалобно позвала Она.

Он на мгновение задержался: так жалостно прозвучала её последняя фраза. Поднял лежащий прямо под ногами один из немногих уцелевших эскизов, где под сферой на Корабле дураков согнувшийся кукловод разыгрывал интермедию, манипулируя куклами-марионетками Пьеро и Балериной. И вдруг, всмотревшись в эскиз, Он заметил, что его мастерская – это и есть то место, где разыгрывается интермедия, и что Он – и есть Пьеро, и что Он не в силах что-либо сделать, чтобы освободиться от зловещего кукловода, дёргавшего его как куклу за нитки, рывкам которых Он был полностью подвластен.

Интермедия

Небольшая сильно освещённая сцена. В центре стоит необычного вида белый рояль, рядом на пятачке, вполне пригодном для танца, замерла Балерина в печальном образе умирающего лебедя.

Стена в мастерской неожиданно поднимается вверх, как театральный занавес, открывая зал, откуда к подмосткам сцены, улюлюкая, бросается ненасытная толпа, предвкушая и требуя развлекательного зрелища.

Подчиняясь желанию невидимого кукловода, Он в костюме Пьеро вошёл в луч света, поклонился зрителям и, предприняв несколько безуспешных попыток оживить Балерину, подойдя к роялю, взял печальный аккорд.