Одинокий мужчина с кошкой

Ксения диву давалась близорукости главного. Вранье, которое Гена скармливал дядюшке, было топорным и совсем не изобретательным.

Перед тем, как отправиться на ристалище, Ксения зашла в дамскую комнату сделать пару затяжек и приготовиться к неожиданностям – каким-нибудь актам о списании, состряпанным задним числом. И припасть к телефонной трубке, как к источнику благодати. Благодатью являлся голос Никеши.

Зажав сигарету губами, достала из кармана пиджака мобильную трубку, но в последний момент подсознание вильнуло, и вместо того, чтобы позвонить Никите, Ксения набрала подругу Варвару.

Варвара Ива находилась в отпуске по уходу за двухлетним Яшей, и даже короткие разговоры с подругой приводили Ксению в самое благотворное расположение духа.

Кроме ребенка и мужа, Варя воспитывала таксу с оскорбительной для таксы кличкой Мышь. Ксения вполне справедливо полагала, что Варька проникнется ее горем.

– Привет. – Ксения ощутила упадок сил, прислонилась плечом к стене и через пиджак ощутила бодрящий холод кафельной стены.

– Привет, – весело отозвалась подруга, – ты чего такая кислая? Случилось что?

На другом конце провода слышались мирные домашние звуки – Варя с трубкой возле уха суетилась по хозяйству. Горло у Ксении стало саднить.

– День тяжелый.

– Он же только начался, – удивилась Варвара.

– А уже заявил о себе. – Ксения жадно затянулась дымом.

– Что случилось?

Ксения Баркова не была истеричкой, она была скорее сдержанным человеком, но Левка, его истерзанное горло, замятая шерсть, предсмертный оскал… Они стояли перед глазами, и все тут…

Внезапно Ксению замутило, она задышала открытым ртом, но справиться с подступающей тошнотой не сумела.

Измученная сухими спазмами (так и не смогла заставить себя позавтракать), подошла к умывальнику с большим зеркалом – зеркало отразило чужое лицо с меловыми щеками и опрокинутым взглядом.

Во рту было кисло, глаза щипало – тушь дала течь.

Ксения долго полоскала рот, потом дернула за хвост разовое полотенце, свисающее из держателя, стерла помаду и снова закурила. Пальцы противно дрожали.

– Ксюша, – все это время взывала трубка в кармане, – ты где, Ксюша?

Вспомнив о Варваре, Ксения слабой рукой поднесла телефон к уху:

– У нас Левка погиб.

– Как?! – ахнула подруга, – когда?

– Сегодня утром. – Изображение в зеркальной рамке подернулось рябью и поплыло.