Младшие Брейгели

«Да ты ничего не умеешь! Не умеешь продавать!», – презрительно бросил начальник. «Я все умею. Просто не хочу», – подумал Сава и ушел. Давно уволиться хотел, и вот повод. Вроде и к лучшему, но стало так паршиво, что с трудом дополз до одеяла. Так под ним и остался.

Сава лежал у окна. Дом был старый, низкий и даже со второго этажа хорошо просматривалась улица. «Куда они все спешат?» – думал Сава, глядя на оживленную дорогу. Там бежали, едва не спотыкаясь, люди. Вот – мужчина в добротном костюме – брюки отлично сидят, а на Саве всегда мешком.

Среди прохожих выделялся один старик. Он никуда не спешил. Напротив – мучительно медленно брел по тротуару, едва передвигая негнущиеся ноги. Мимо летели люди, но старик никак не желал ускориться и покинуть квадрат Савиного окна. Рядом со стариком ковыляла толстая собака. Иной раз она останавливалась и оглядывалась, дожидаясь неспешного хозяина. Сава подумал, что псу, может, и хочется дать стрекача, но он послушно выполняет свой долг.

В другой день он снова заметил странную пару. Старик и пес, полный понимания и терпения к спутнику, ходили одним и тем же маршрутом утром и вечером. Сава наблюдал за ними и лежал, будто недвижимый якорь на дне, уцепившийся за бугры одеял и подушек.

Когда мусора в квартире скопилось столько, что дышать нечем, Сава наконец выбрался из постели, накинул куртку поверх засаленной футболки и потащил вонючие мешки в мусорный бак. На первом этаже встретил их: старичок силился попасть ключом в замочную скважину, пес терпеливо дожидался рядом.

Сава улыбнулся. Он так давно этого не делал, что мышцы свело. Пес был небольшой, но упитанный, непонятного окраса – там черный, тут серый с растекшимися лужицами коричневых подпалин. Он глядел незлобиво, с любопытством втягивал воздух. К протянутой руке не приласкался, но осторожно обнюхал.

– Привет, – поздоровался Сава. Но тот уже заинтересовался мусорными мешками, откуда шел более соблазнительный для собак аромат.

– Мирный, пойдем домой, мальчик, – позвал старик, совладавший с дверью.

Заняв дома наблюдательный пункт, Сава уже ждал вечернего появления соседей. Вид этих странных товарищей действовал на него, как обезболивающее. Как напоминание о чем-то важном, незыблемом среди людской суеты.