Почем орден?

Иногда я специально ходил в её двор, высматривал, но подняться и позвонить в дверь квартиры так ни разу не решился, хотя уже знал, что живет она на третьем этаже. В её окнах вечерами не горел свет, но мне всё же казалась, что там кто-то есть, потому что иногда я видел тени и какое-то движение в окнах.

В начале лета людей на барахолке стало настолько много, что наши бутылки буквально улетали, как только мы заходили на рынок, поэтому мы стали делать два рейса в день. И вот в одно из воскресений, когда мы приехали на вторую закупку товара в наш продуктовый, я неожиданно встретил Диану на крыльце магазина.

– Диана, привет! – радостно окликнул я её, а потом, посмотрев ей в лицо, с тревогой спросил:

– Что случилось? Ты заболела?

Никуда её нежный взгляд не делся, несмотря на эти круги. Она тоже обрадовалась нашей встрече и произнесла своим мелодичным голосом:

– Всё хорошо! Нет, я не заболела.

– Куда ты пропала? Почему не приходила в музыкальную школу? Преподаватели про тебя спрашивали… – закидал я её вопросами.

– Я не могла, родители не купили мне проездной на автобус, а пешком ходить очень далеко. Поэтому решила пока не ходить.

Макс молча стоял рядом, то и дело кладя мне руку на плечо, тем самым намекая, что нам надо торопиться. Я тратил наше драгоценное время.

– А почему родители не купили тебе проездной? – спросил я, удивляясь и не двигаясь с места, хоть Макс всё настойчивее давил на моё плечо.

– Папа куда-то уехал, его уже давно нет, мама сказала, что он на заработках, а у нас с мамой совсем закончились деньги. Вот сейчас мы пришли сюда, чтобы попросить взаймы немного продуктов.

До меня, кажется, долго доходило, потому что я стоял как истукан, Диана даже помахала перед моим лицом ладонью: здесь ли я.

Я скинул Макса руку со своего плеча и повернувшись к нему, сказал:

– Дай сюда деньги.

Макс начал растерянно расстёгивать нагрудный карман своей рубашки, в котором лежали наши деньги на закупку товара.

– А зачем?

Я взял их и протянул Диане.

Она, тоже не понимая, спросила:

– Зачем?

Я схватил её тонкую руку и насильно втиснул ей в ладонь купюры.

– Зайди в магазин и отдай эти деньги своей маме, пусть она купит всё, что нужно.

А сам развернулся и пошёл прочь из магазина в сторону дома, внутри меня полыхало пламя возмущения. Следом за мной бежал ничего не понимающий Макс.