Новые условия

Папа тогда сидел с мамой и пропускал через себя боль постепенной потери. А теперь сидит с дочерью и радуется тому, что она помнит свое имя. Жизнь непредсказуема…

В машине громко играет музыка.

– Да что же это за дорога! – Виталик раздраженно стучит ребром ладони по рулю.

Только недавно мы ехали хоть и по узенькой, но двухполосной дороге (до Быково асфальт неплохой). И вдруг она сменилась зубодробильным полотном. Виталик злится. Мы пьем пиво и особенных неудобств не испытываем. Я понимаю, что Виталика ни компания (девчонки оставили своих парней в другой машине), ни дорога не располагают к веселью.

– Я хочу в туалет! – заныла Карина.

Ни кустов, ни остановок с придорожными кафе не наблюдалось.

– Я тоже! – подхватила Лена.

– И я! – мне не хочется отрываться от коллектива, хотя чувствую себя сносно.

– Здесь остановить? — Виталик пытается найти настроение.

А кругом – будто выжженная степь. И ни холмика, ни кустика.

– Я потерплю, — пискнула Карина.

– Я тоже, — согласилась Ленка.

Я в знак солидарности подняла бутылку с пивом.

Сзади, как будто что-то почувствовав, посигналили из второй машины.

– Девочки, а не пора ли вам к своим мальчикам? – я точно помню, что спросила это.

И совершенно четко девочки ответили:

– Нет! Нам с тобой хорошо!

Мы продолжали свое необычное путешествие на Марс, в которое ворвались ожившие и пищащие кузнечики…

– Случай тяжелый.

Я не знаю этот голос. Это не папа.

– Плюс тупая травма грудной клетки, – продолжает незнакомец. – Закрытые переломы ребер с обеих сторон. Ушиб обоих легких. Закрытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга средней степени, контузионные очаги лобных долей второго типа, субарахноидальное кровоизлияние, ушиб мягких тканей головы… – голос монотонно зачитывал диагнозы.

Ужас какой. Кого-то танк переехал?

– Ее привезли к нам, в Волгоград. Поймите, мы сделали все, что могли, но мы же не волшебники. Состояние стабильное. Вам бы теперь куда-то в Москву. Ну, понимаете…

– Я понимаю… – а это уже голос папы.

Я открываю глаза. Нет, я разлепляю глаза (наверняка тушь со вчерашнего вечера не смыла – все склеилось к чертовой бабушке!). Точно, папа сидит возле меня, а напротив мужчина в белом халате.