Встречная-поперечная

Лиза, конечно, выглядит легкомысленно, однако что в городе – обычное поведение молодой хорошенькой барышни на выданье, в деревне – срамота.

Про брата ее непонятно. Может, и влез во что-то запрещенное, а теперь отсиживается у тети. Но с бомбами же по улицам не бегает.

В конце концов, Маргарита Романовна о них дурного слова не сказала. Вот и Маше с чужим мнением жить не по душе, лучше свое впечатление сложить.

И вообще, ее ждут в гости, а она все вспоминает встречу в лесу и гадает, придет ли Игнат в рощу.

Глава 7

При виде Маши Лизонька якобы страшно смутилась, мол, совсем не подумала, что у новой соседки с экипажами пока не налажено.

Но у Марии в душе шевельнулось скверное подозрение: а ну как ее нарочно заставили пройтись пешком? Но что за интерес Абрамцевой позорить гостью? Никакого. Это все Марфуша – подпустила яду в Машину голову.

Подол платья запылился, оно и без того было немодным, хоть и почти неношеным, и при взгляде в зеркало в нижней зале Маша нашла, что выглядит скверно.

В гостиной расположилось довольно пестрое, на взгляд Марии, общество, и она была подробно представлена ему важничающей Лизой.

– Помещик Лопушкин с семьей, – полный лысоватый господин слегка оторвал зад от кресла, кивнул и плюхнулся обратно. – Екатерина Михайловна, его супруга. Мэри, их дочь.

– О! Да мы тезки! Я так рада обрести новую подругу! – тонким голосом пропела высокая нескладная девица, крепко обняв смущенную Машу.

Марии такая фамильярность при первом знакомстве показалось не совсем приличной, и она вынуждена была напомнить себе о различиях городского и сельского менталитетов.

– Фроляйн фон Линген, – продолжала Лиза. Маше улыбнулась пышущая здоровьем румяная молодая дама. – Как и вы, приехала к родственникам погостить, и, как и вас, мы будем настойчиво умолять ее задержаться.

– Амалия, – низким грудным голосом с сильным акцентом представилась германка. – Я плохо говорю по-русски.

– О да, – согласилась Мария. – Очень вас понимаю.

Фроляйн фон Линген как-то сразу расположила Машу к себе – искренней, доброй улыбкой и спокойствием.

– Поручик Татарьин Николай Федорович, наш старый друг, – Лиза переместилась к креслу у столика с вином и закусками. В нем дремал усатый молодой человек в помятом мундире, с лицом болезненного оттенка, выдававшем в нем городского жителя и пристрастие к крепким напиткам.