Сказка о прекрасной Теодоре

Он тоже строил планы и желал

Приблизиться, минуя все преграды,

Что представляли старшие в родне,

А также стены каменной ограды.

Стремленья парня увенчал успех

На празднике цветов в начале года,

Когда вокруг всё красочно цвело

И радовала дивная погода.

Удобную минуту улучив

Во время всенародного гулянья,

Встав у качелей рядом, музыкант

Чуть слышно деве высказал признанье:

«Прекрасная, мечта моя сбылась,

Ведь я сумел тебя вблизи увидеть.

Ты, в самом деле, дивно хороша,

И мой сердечный выбор очевиден.

Впервые признаюсь, что я влюблён

И грежу мыслью на тебе жениться.

Надеюсь, что родители мои

С твоими смогут быстро сговориться,

И что помехою не станет тот,

Кто перебьёт решение богатством.

Я слышал, что одну из ваших мест

Увлечь желает, кто живёт пиратством.

Соперничать с подобным нелегко,

Ведь он дела постыдные сокроет,

И наш возможный солнечный союз

Словесными обманами расстроит.

Дай Бог, мечты его не о тебе,

Что в звуках ты суть чувств моих познала,

Как я порывы родственной души,

Когда и ты под звёздами играла.

Подумай обо всём, что я сказал.

Готовой будь, что к вам прибудут свахи.

Как знак согласья, передай цветок

При помощи подружки – черепахи.

Что дар приплыл – ответный перешлю.

Так совершится наш сердечный сговор.

Надеюсь, что на празднике другом

Мы встретиться с тобой сумеем снова.

Ах, да! Друзья зовут меня Парис.

Прощай же ненадолго Теодора!

На воды при купании смотри,

Не пропусти послания морского».

Возлюбленной он тут же передал

Преподношеньем дивное созданье —

Закованное в панцирь существо,

Что и должно доставить знак признанья,

А после и внимания его.

Улыбкой парня, одарив ответно,

Красавица дар странный приняла

И в сумку положила незаметно.

Бесед вести девица не могла,

Ведь рядом были юноши другие —

Достойные присутствовать при ней:

Высокие, богатые, младые…

И всяк собой пытался удивить.

Кто нравиться ей в танце ухищрялся,

Кто силою иль быстротою ног,

А кто и остроумьем красовался.

Была и Теодора не одна,

Царящей в оживлённом ярком мире.

Никто из дев средь сорванных цветов,

Грустя и без вниманья, не ходили.

Парис же, отстранившись, стал играть,

Даруя своей музыкой веселье.

Тут площадь, где свершалось торжество

Наполнилась приятной, дивной трелью.