Межи мои. Воспоминания Елены Шанявской

Но обо всем по порядку.

Бабушка Аделаида

Бабушка моя, Аделаида Ивановна Шанявская-Куле?ша, была дочерью богатых помещиков Козлинских. Это была польская дворянская семья. Были у нее отец, мать, несколько братьев и одна сестра. Пани Козлинская не любила своих дочерей и потому постаралась отделаться от них еще в раннем возрасте, отдав на воспитание к бездетным родственницам.

Так, маленькая Аделя, лет трех, кажется, была отдана на воспитание дальней родственнице – пани Кулеши?не. В доме пани Кулеши?ны и ее мужа, пана Куле?ши, бабушка провела всю свою жизнь до своего замужества.

Пан Куле?ша[9 - Куле?ша – польский дворянский род, восходящий ко второй половине XVI века. Род Кулеша был внесен в VI части родословных книг Витебской, Волынской, Гродненской, Ковенской, Минской и Подольской губерний.] был знатного рода, принадлежал не к рядовому польскому шляхетству, а к так называемым ясновельможным панам. Фамилия Куле?ша была известна в истории, и даже мне как-то попалась при чтении исторического романа.

О пане Куле?ше я слышала вот что. Когда в 1812 году французы заполонили западные губернии России и Польшу, Игнаций Куле?ша был ребенком. Французские войска подходили уже близко к родовому имению пана Куле?ши. Помещичья семья переоделась в крестьянское платье, чтобы не выделяться из крестьян и дворовых и не попасться на глаза французам. Переодели также и маленького Игнаца.

Французы вошли в имение, их окружила любопытная дворня и крестьяне, протиснулся вперед и Игнаций.

Французы пытались спросить что-то у крестьян, но те, конечно, ничего не понимали. А мальчик стал отвечать на французском языке, тем выдал себя, что он панич, а не простой крестьянский ребенок, хотя и одет был по-крестьянски. Все взрослые встревожились, когда вскрылась хитрость, но французы к этому отнеслись добродушно, посмеялись, приласкали мальчика.

В семье пана Куле?ши было много панского гонора и строгое деление на «черную» и «белую» кость. Высшее сословие – «белая кость», – люди, заслуживающие внимания и уважения.

«Черная кость» – простонародье (будто и не люди).

Бабушка вспоминала, как однажды, будучи очень молоденькой девочкой, получила выговор строжайший и наказание только потому, что за обедом, услыхав что-то смешное, невольно засмеялась и переглянулась с лакеем, который обмахивал липовой веткой гостя, сидевшего за столом напротив нее (это частенько практиковалось – обмахивать липовыми ветками за едой, отгоняя мух).