Канарейка в клетке

Я не верю, что любовь, описанная в книгах Карины – реальна, такие монстры, как мой отец, каким стал и я, никогда не смогут искренне полюбить. Для нас чувства – слабость, а это в нашем образе жизни равно смерти.

Пройдясь по собранному советником досье на девушку, я решился на эксперимент, который раз и навсегда искоренит из ее сердца желание писать выдуманный бред, выдавая его за реальность. И это притом, что собственная мать Карины была женой человека, вертевшегося в криминальных кругах. Мерзко… пропагандирует чистую и светлую любовь тех, кто живет в мире, где возвышаются руины любых человеческих эмоций и презираются слабости.

Ну ничего, птичка, я покажу тебе нашу вселенную такой, какая она есть на самом деле. Попробуй убедить меня в том, что чувства между человеком и чудовищем возможны. А я буду каждый день убеждать тебя в обратном. Добро пожаловать в ад на земле, Карина…

Карина

Я лежала в кровати и смотрела в потолок, мысли, ежеминутно скачущие в гудящей голове, подозрительно притихли и даже не пытались генерировать гениальные идеи.

За последние три дня Арман не появился в своей комнате, соответственно, не заглядывал и ко мне. Наказание, которого я так боялась, очевидно, откладывалось, страх потихоньку отступал и я осмелела. От еды больше не отказывалась, чтобы сохранить трезвость ума и хоть каплю сил, а с Самантой предпочитала не разговаривать. Понимала ее положение, но простить вряд ли смогу.

Прокручивая в голове сюжет последней книги, я пришла к выводу, что ни один из придуманных мной сценариев в жизни не сработает.

По правде говоря, я боялась, что Арман снова захочет меня. От одной мысли, что придется лечь в постель с тираном, бросало в дрожь. Но я понимала, что если он войдет в эту дверь с четким желанием получить от меня секс, то он не уйдет, пока его желание не будет исполнено.

Тихонько подкравшись к двери, я наклонилась к замочной скважине и попыталась рассмотреть то, что происходит снаружи.

Напротив сидел молодой человек и откровенно скучал, периодически заглядывал в телефон, а затем снова принимался «плевать в потолок». Охранник не выглядел как озлобленный цербер, готовый разорвать меня за один лишний шаг в сторону двери.