Растяпа. Экспансия

– А там?

– Берег реки.

– А там?

– Высоковольтная линия передачи электроэнергии.

– А это?

– Метки газопровода «Бухара – Урал».

– Вот именно! Нам не дадут здесь взрывать. А экскаватором гранит не достать – это не глина, – сказал Чернов и укоризненно посмотрел на Валерия Ивановича.

Сапрыкин сконфузился и на вопрос Виктора Анатольевича: «Еще что-то можете показать?» отрицательно боднул головой воздух.

Солнце зашло за лес. Роса пала, а над гладью реки поднимался туман.

Чернов не спешил с отъездом.

Он спустился к воде, пробивающей здесь русло между синих гранитных скал, зачерпнул в пригоршню, омыл лицо. Водитель машины отправился собирать грибы-шампиньоны – огромные, разбухшие, постаревшие в жухлой траве. В миг полный пакет набрал:

– Хозяйке гостинец – вот удивится!

Неприкаянными себя чувствовали мы с Сапрыкиным. Вернувшись в Увелку и попрощавшись с гостями, почувствовали с Валерием Ивановичем обоюдное и острое желание выпить.

В следующий раз я приехал в «Сантехлит» для исполнения самой естественной для поддержания деловых отношений задачи – о себе напомнить.

Чернов, по своему обыкновению, был рад моему визиту. Ну а я рядом с ним быстро пришел в веселое расположение духа. Может, чтобы похвастаться, может, чтобы развлечь меня, Виктор Анатольевич поведал о своей новой затее – столовой в многоэтажном соседнем офисе. Новаторство заключалось в том, что сотрудники ООО «Сантехлит» питались в нем по талонам. Затрат на обед по ним выходило гораздо меньше, чем за наличку.

– Этот стимул заставляет крутиться быстрей, – прокомментировал новшество сам Чернов. – А то утром отправишь по делу сотрудника, до завтра не жди с ответом – тысячи причин найдут оправдаться: и ждать долго пришлось в чужом офисе нужное лицо, и пробки на дорогах задержали, и машины у всех вдруг ломаются… А сейчас к обеду все собираются – в два раза выше производительность: поскольку я их заново по делам рассылаю.

Ну и ну… Мне завидно стало тому веселью, с которым рассказывал Генеральный директор о его игре на меркантильных чувствах своих подчиненных.

Но я ничего не мог добавить к теме и должен был сидеть и слушать, попивая чаек. Нет, право, как порой весело бывает работать в коллективе – да еще с таким начальником! Чувство тоски за свое одиночество охватило душу мою.

Виктор Анатольевич продолжал:

– И ты знаешь, никто не обижается – ни зла нет за мою хитрость, ни раскаяния за то, что раньше меня обманывали.