Между прошлым и будущим

А вам, девушки, восемнадцать исполнилось?

– Двадцать два будет в этом году, – ответила Света.

– Взрослые. А зачем на дачу едите зимой?

– Чтобы к экзаменам готовиться в тишине и покое.

– Это похвально. Студентки?

– Сами угадали или кто-то подсказал?

– Что вы такая злая, Светлана? Девушки, давайте на «ты».

– Давайте, Слава, – согласилась Света, – и почему вы не женаты?

– Некогда было, – ответил Слава, – учились, работали, зарабатывали деньги.

– Учились зарабатывать деньги? – уточнила Света.

– И это тоже, – улыбнулся Тигран.

– Хорошо, продолжаем разговор. Что вы с делаете в своём посёлке?

– Живём и работаем, сказал Вячеслав.

– Мы люди творческие, а творчеству нужна тишина, – добавил Тигран. – Делать проект – нужен полёт фантазии и клиенты попадаются очень капризные.

– Тигран живёт в Красной Дубраве, живёт почти безвылазно, а мне приходиться бывать в Москве. Сейчас работы мало – зима.

– И у тебя, Слава, нет машины?

– Почему нет? Есть. Зачем эксплуатировать две машины, Света, когда можно одну? А вы кем станете, когда выучитесь? Так много вопросов задаёте.

– Журналистами. Вот выведем ваши кампании на чистую воду, будете знать.

– Не надо грязи, Света, – сказал Тигран, – у нас всё чисто. Мы честные бизнесмены.

– У налоговой претензий нет, – серьёзно сказал Вячеслав.

– Пока, – заключила Света.

– Какая же ты не хорошая, Светлана. А почему Мария всю дорогу молчит?

– А что мне говорить? Вы так мило беседуете. Мы почти приехали, сворачиваете.

Автомобиль свернул налево, въехал в распахнутые ворота над которыми красовалась облупленная надпись: «Садовое Некоммерческое Товарищество «Берёзки-2».

– А теперь у пруда направо, – командовала Маша, – всё, вот участок, приехали. Спасибо вам.

Все четверо вышли из машины.

– Давайте вам поможем донести чемоданы.

– Не удобно вас эксплуатировать.

– Ну что ты, Маша, – сказала Света, – они же рыцари.

– Да, между прочем, – согласился с ней Вячеслав.

Маша открыла калитку и смело двинулась по девственно чистому пушистому снегу.

– А дачка-то – советский постмодернизм, – сказал Слава.

– Что? – не поняла Света.

– Старая дачка, говорю, ещё советская.

– Не совсем, – ответила Маша, – скорее постсоветская. Деду на заводе дали в году так восемьдесят девятом или девяностом. Расположение неудачное в плане добираться, но участок и дом обошёлся по цене видеомагнитофона, как шутил дед, в тысячу рублей.