Между прошлым и будущим

Очнулся Александр от тепла в каком-то доме на кровати, пожилая женщина снимала с него одежду, рядом на стуле у стола сидел тот пожилой мужчина с подножья горы. Увидев, что русский открыл глаза, женщина сказала:

– Я тебе в матери гожусь, сынок, не надо меня стесняться.

Александр и не думал стесняться, он вообще плохо понимал, где он и что с ним, и слова на полупонятном языке до него плохо доходили.

Женщина, покончив со своим делом, осмотрела тело русского.

– Весь в грязи, крови и синяках. Крови много потерял.

– Обрабатывай, – разрешил мужчина, – ты же медсестра, Ася.

– Была когда-то. Спиртом его надо протереть для дезинфекции. Давай свою сливовицу.

– Я…, – начал было мужчина.

– Только не надо, Давуд, говорить, что как истинный мусульманин, не пьёшь, согласно пророку Мухаммеду. Доставай свою сливовицу. Ты у Небойше её брал? У Небойше сливовица крепкая семьдесят градусов, почти как спирт.

– Семьдесят пять.

– Тем лучше. И сходи к Саве Ивковичу, позови его сюда, пусть он принесёт обезболивающее, бинты и всё необходимое.

– Но он же зубной врач.

– Ну и что? Другого всё равно нет, и к тому же он серб, а значит, русский ему брат и друг.

– А нам русский кто? И кто мы? За сербов добровольцами воюют не только русские, но и греки, румыны, болгары. А за нас арабы, иранцы да афганцы, они зверствуют, и наши, глядя на них – зверствуют. Наши дети и внуки так много зла за последние время принесли сербам, что нам надо хоть как-то искупить их вину, нам надо спасти русского.

– Не думаю, что наши дети и внуки обрадуются, если узнают, что мы спасли русского.

– И что теперь, Ася, нам зарезать его?

– Надо было мимо пройти в лесу, а теперь уж лечить будем.

– Ладно, пойду к Саве, – сказал Давуд.

Он достал бутылку со сливовицей и вышел на улицу и направился к дому Ивковича.

– Здра?во, Хаджич, – улыбаясь, Давуда встретил Сава, – зуб заболел?

– Здраво. Нет, Сава, тут другое.

И Давуд шёпотом стал рассказывать о русском.

– Но я же стоматолог, – опешил Ивкович.

– Сава, других всё равно нет. И Любицу свою возьми.

Ивкович с женой вошли в дом Хаджичей.

– Здраво, Асият.

– Здраво, Сава, здраво, Любица.

– Ну, показывайте вашего русского.

Александр лежал в самой дальней комнате на кровати, накрытый одеялом.